Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Майкл Керн. Мудрость тела. Глава 9. Стресс и травма


Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/188777.html
Назад: http://healthy-back.livejournal.com/188320.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/182539.html#cont

Глава 9
Стресс и травма


«Жизнь тела — это жизнь ощущений и эмоций.
Тело чувствует реальный голод,
реальную жажду, радуется солнцу или снегу,
получает истинное удовольствие от запаха роз или от цветущего куста сирени;
испытывает настоящий гнев, печаль, нежность, теплоту,
настоящую страсть, ненависть и горе.
Все эмоции принадлежат телу, но осознаёт их только разум».


Д.Г. Лоуренс

Природа стресса и травмы


«Мир обрушивается на каждого,
но после этого многие остаются сильными в разрушенных местах»
[1].

Эрнест Хемингуэй

Стресс знаком каждому из нас, потому что это — неотделимая часть нашей жизни. Все мы знаем, что происходит при стрессе, называем ли мы это нервами, напряжением, срывом или давлением. Мы ощущаем стресс, когда истекает срок платежа, когда мы не можем заплатить по счёту, когда попадаем в транспортную «пробку» или когда нас вызывает начальник со скверным характером. Слово «стресс» употребляется в различных значениях (Да что вы? А как же, бля, «язык пациентов»? — H.B.) В медицинской энциклопедии «Penguin» [2] слово «стресс» объясняется как «любое воздействие, которое нарушает естественный баланс тела». Другое определение — «стесняющая движущая сила» [3]. Мы ощущаем стресс, когда нам предъявляются требования, на которые должен отреагировать наш организм и приспособиться к ним.

Положительный стресс


Любое изменение чревато стрессом, то же самое можно сказать и про скуку и застой, но результаты определяют не сами события, а то, как мы на них реагируем. Стресс может оказаться нам полезен. Некоторая степень стресса необходима для поддержания интереса к жизни. Многие люди находят удовольствие в преодолении событий, требующих напряжения всех сил. В китайском языке понятие «кризис» передается иероглифом, состоящим из слов «опасность» и «счастливый случай».

Преодолевая стрессовые ситуации, мы можем стать сильнее и увереннее. Стресс может стать движущей силой, которая толкает нас на продвижение в выбранной профессии, требует создания лучших условий жизни, заставляет улаживать наши взаимоотношения и совершать творческие перемены в окружающем нас мире. Стресс можно рассматривать как раздражение в устрице, создающей жемчужину. Различие между стрессом неудачи и срыва и другими формами благоприятного стресса заключается в нашем умении управлять их силами.


Травма


Травма — это более серьёзная форма стресса, которая всегда бывает неприятна. Хотя травма тоже является неизбежной частью жизни, из неё можно извлечь выгоду, если решить проблемы её воздействия. Травма может проявляться в виде единичного мощного и подавляющего события или как серия повторяющихся стрессовых событий. Примерами могут служить автокатастрофа, падение, неласковый родитель, удаление зуба или трудные роды.

Мы реагируем на травму тоже индивидуально, и только когда наши ресурсы полностью подавлены, мы страдаем от длительных последствий. Далее рассматривается развитие травматических паттернов и принципы их лечения краниосакральными методами. Более подробные сведения о травме можно найти в ранее вышедших книгах «Разбудить тигра» Питера Левина и «Тело помнит» Бабетты Ротшильд [4].


Воспоминания тела


Воспоминания о травме сохраняются не только психологически, но и как физиологический опыт тела. Во время травматического события автономная нервная система постоянно перевозбуждена [5]. Это происходит оттого, что люди напрягают мышцы, сердце «подскакивает» по малейшему поводу, человек может покрыться холодным потом или «застыть» в неподвижной позе при появлении страха.

Когда тело сталкивается со стрессовой или травматической ситуацией, его первым импульсом является сокращение. Сокращение мышц — это часть нашей защитной системы. Сокращение сохраняется, если нет возможности справиться с вызвавшими его силами. Попытки тела уменьшить разрушение и травматические силы отражаются на определённых участках, поэтому отпечатки травмы сосредоточиваются в виде фиксированных точек опоры, рычага, который начинает функционировать при малейшем движении дыхания и создаёт паттерны расстройства. В таких случаях мы испытываем травму. А как наше тело изнутри отреагирует на неё? Опираясь на физиологические корни травмы, краниосакральный оператор может облегчить глубокие сдвиги в обычных паттернах тревожности.


Повторное травмирование



В 1960-х и 1970-х годах в различных терапевтических кругах стало популярным поощрять пациента к выражению подавленных переживаний, чтобы избавиться от них. Появились послабляющие методики лечения, при которых пациента просили сгустить свою боль или гнев, обиду или ужас. При методиках очищения тело тоже может участвовать, его можно заставить вновь пройти и пережить свои паттерны травмы и тревожности, однако многие терапевты заметили, что вместо освобождения от травмы методики послабления часто вызывают повторное травмирование пациента [6]. Более того, восстановление паттернов тревожности часто может привести к усилению травмы, поэтому в настоящее время развитие методов лечения травмы направлено на использование природной мудрости тела, чтобы безопасно и эффективно облегчить проблемы травмы (не открывая тёмное прошлое и не прибегая к конфронтации). Чтобы понять, как действуют такие методики, необходимо оценить, как происходит травмирование. Для этого надо рассмотреть биологические основы травмы.


Физиология стресса и травмы



«Травма — часть естественного
физиологического процесса,
которому просто не дали закончиться
[7].

Доктор Питер Левин

Ключ к решению проблем травмы в основном лежит в нашей физиологии, так как наши реакции и ответы на травму прежде всего исходят от тела. Представьте, что вы идёте через джунгли, и вдруг вам кажется, что впереди что-то шуршит в кустах. Вы останавливаетесь, ваши чувства обостряются, вы смотрите на кусты и прислушиваетесь к звукам. Это состояние называется «активная алертность». Если вы нечего не видите и не слышите, вы можете вернуться в расслабленное состояние и весело продолжать свой путь.


Реакция «бей или беги»


Но всё-таки представим, что вы вновь услышали шуршание, а затем увидели, что кто-то пробирается через кусты. Физиологическая реакция заставит вас остановиться в боевой готовности. Если из кустов появится лев и встанет перед вами на дороге, какие реакции своего тела вы могли бы почувствовать? Возможно, сердце начнёт биться чаще, чтобы перекачать больше крови по телу, повысится давление, напрягутся мышцы, участится дыхание, чтобы увеличить доступ кислорода, а глаза могут расшириться. Кроме этого, вы можете потеть, так как кожа готовится к охлаждению перед возможным перегревом во время конфликта. Вы можете побледнеть, так как кровь перемещается в мышцы. Во рту у вас пересохнет, будто слюнные железы перестали работать, а другие функции, менее необходимые в данный момент выживания (например, пищеварение) замедлятся или полностью прекратятся. Ваше тело будет переходить из состояния активной алертностн в состояние «бей или беги» [8].

Реакция «бей или беги» прежде всего связана с жизненными метаболическими функциями организма. Это помогает нам либо драться, либо убегать при встрече с опасностью, так как ресурсы тела перебрасываются на основную предстоящую задачу — выживание.


Удачный результат


Если лев при виде вас убегает обратно в кусты» то через некоторое время ваша реакция «бей или беги» ослабнет, и вы вернётесь в состояние активной алертности. Такое состояние сохранится до тех пор, пока вы не почувствуете, что опасность миновала, и вы снова можете расслабиться. Однако, если лев не убежал, а припал к земле, будто готовится к прыжку, ваша реакция «бей или беги» сохранится, мобилизуются все ваши силы. Пожалуй, сражаться со львом — не лучшая идея, и вам захочется повернуть назад и убежать как можно быстрее. Допустим, что вы добрались до дома, и вы в безопасности. Через некоторое время реакция «бей или беги» вновь ослабнет, и вы сможете вернуться к активной алертности, а затем расслабиться. Энергию, которая начала накапливаться в вашем теле, можно удачно использовать для дела. Вы избежали опасности, похоже, что вы не травмированы и даже можете испытывать чувство победы и некоторой лёгкости.


Шок


Предположим, что лев догнал вас. Если он схватил вас, вы уже не можете проявить все физиологические силы, которые мобилизовались в вашем теле как часть реакции «бей или беги». В результате того, что силам некуда выйти и они заперты внутри тела, наступает состояние шока. Шок происходит тогда, когда подавлены наши природные физиологические реакции на страх.

Два основных элемента составляют состояние шока: застывание и диссоциация. Застывание происходит, когда мы понимаем, что не можем убежать. В краниосакральной практике это состояние узнаётся по внезапному прекращению краниального ритмического импульса, называемого выключением (см. «Выключение и диссоциация»). Доктор Левин объясняет это тем, что «подобно тому, как в греческом мифе о Медузе крайнее волнение человека, когда он смотрит в глаза смерти, может превратить его в камень, мы можем буквально «застыть» от страха, что приводит к появлению травматических симптомов» [9].

Диссоциация включает раскол или отделение нашего сознания от ситуации, как бы уменьшая боль переживаемых страданий. Это — очень умная и полезная реакция. Ребёнок, бессильный против издевательств учителя, может реагировать подобным образом. Так же может вести себя жертва насилия или травматического события.


В мире животных


Давайте посмотрим, как реакция на травму действует как механизм выживания у животных. В природных условиях многие хищники научились не питаться падалью. Опыт показал им, что поедание мертвечины расстраивает их желудки, поэтому они едят только свежую пишу, а притвориться мёртвым бывает выгодно при нападении другого хищника.

Если в фильмах о животных вы видели, как гепард охотится за антилопой, вы могли заметить, что антилопа «застывает» и впадает в состояние диссоциации, если силы не на её стороне. Может показаться, что она мертва. Гепард может толкнуть антилопу, чтобы проверить, не жива ли она, и если не будет никакой реакции с её стороны, гепард может оттащить антилопу в сторону, чтобы позже разделить её со своими детёнышами.


Восстановление ассоциации


Однако, у антилопы может случиться счастливая передышка. Если что-то побеспокоит гепарда, он может убежать. Тогда антилопа начнёт возвращаться к состоянию восстановления ассоциации. Энергия шока, запертая в теле, начнёт проявляться и выделяться, заставляя животное дрожать. Обычно дрожание начинается с ног и может распространиться по всему телу. Антилопа встаёт и после некоторого переминания на ногах убегает. Она вновь вошла в состояние «бей или беги». Когда антилопа ощущает, что опасность миновала, она возвращается в состояние активной алертности. Если антилопа чувствует безопасность и не ощущает угрозы, она может вернуться к релаксации. В данном примере антилопа не оказалась травмированной. Она прошла через травмирование, но смогла избежать шока. Однако, травмирование могло случиться, если бы что-то помешало собраться энергиям в теле антилопы.

http://users.livejournal.com/_esina/379080.html
Окончание статьи П. Левина "Исцеление от травмы. Уроки природы"

В видеофильме Национального географического общества «Бдительный белый медведь» фигурирует испуганный медведь, преследуемый летящим самолетом, из которого по нему стреляют снотворным. Затем его окружают биологи и связывают. Когда большой зверь выходит из состояния шока, он начинает дрожать, сотрясаясь в почти конвульсивных движениях. Кажется, что его конечности двигаются хаотично. Движения завершаются тремя глубокими вздохами, которые распространяются по всему телу. Комментатор фильма (биолог) говорит, что такое поведение медведя необходимо для того, чтобы «сдуть стресс», накопленный во время поимки.

При замедленном повторе становится ясно, что «случайные» подрагивания ног на самом деле представляют собой скоординированные движения бега — подобным образом животное завершило свой бег (прерванный в момент поимки), разрядило «застывшую энергию», а затем «оголтело» задышало всем телом.

Я впервые осознал огромное значение этих физиологических реакций для исцеления от травмы благодаря одному случаю. В 1969 г. психиатр направил ко мне на приём пациентку, страдавшую от острой тревоги и приступов страха. Приступы приобрели такую силу и настойчивость, что женщина (Ненси) не могла выходить из дома без сопровождения. Психиатр, мой друг, который знал о моём интересе к проблеме психического/телесного исцеления (в то время совершенно новой области), счёл, что пациентке может помочь разработанная мной техника, основанная на телесном осознавании как способе глубокой релаксации.

Релаксация не помогла. На нашей первой сессии я, по наивности и из лучших побуждений, пытался помочь ей расслабиться. В результате моих усилий Ненси испытала сильный приступ страха. Она казалась парализованной и не могла дышать. Её сердце бешено колотилось, а затем почти перестало биться. Я сильно испугался, когда мы вместе подошли к её кошмарному приступу.

Охваченный своим собственным страхом, но, тем не менее, стараясь сохранять присутствие в настоящем, я увидел в своём воображении прыгающего тигра. Повинуясь образу, я громко воскликнул: «На тебя напал большой тигр. Представь, как он подбирается к тебе. Спасайся, беги к дереву и влезай на него!» К моему удивлению, её ноги задрожали, как будто она побежала. Она издала холодящий кровь вопль, на который прибежал полицейский (к счастью, мой коллега смог объяснить ему ситуацию). Она начала вздрагивать, дрожать и сотрясаться в конвульсиях всем телом.

Ненси продолжала дрожать почти целый час. Потом она рассказала об ужасном детском воспоминании. Когда ей было три года, ей удаляли гланды, и во время операции привязали к столу. Анестезию делали эфиром. Неспособная двигаться, чувствуя удушье (обычная реакция на эфир), она пережила чудовищные галлюцинации. Этот ранний опыт оказал на неё сильнейшее воздействие. Ненси была сильно напугана и в результате стала демонстрировать физиологическую реакцию оцепенения, которую биологи называют «реакцией иммобилизации». Другими словами, её тело буквально обрекало себя на гибель, и реакция бегства просто не могла осуществиться. В этом состоянии «ядерной тревоги», вместе со спонтанной, уверенной в себе личностью, Ненси потеряла своё реальное витальное Я. Она не умирала буквально, но части её личности испытывали своего рода смерть.

После прорыва, который был сделан на нашей первой сессии, Ненси покидала мой кабинет с чувством, что она вновь, по её словам, «обрела себя». Мы встречались ещё некоторое время, на сессиях она продолжала дрожать, но приступ тревоги, испытанный в тот день, был последним. Она прекратила принимать лекарства, в дальнейшем поступила в университет и защитила диссертацию, и рецидивов болезни у неё больше не было.

Из Африки

Я недавно описывал Эндрю Бванали, биологу из Национального Парка Мзузу в Малави (Центральная Африка), особенный тип спонтанной дрожи, тремора и дыхания, которые Ненси и другие клиенты демонстрировали на терапевтических сессиях. Он взволнованно закивал, затем воскликнул: «Да, да, да! Это правда. Прежде чем отпустить пойманных животных на волю, мы убеждаемся, в том, что они сделали то, что вы сейчас описали». Он опустил глаза и мягко добавил: «Если они не будут так дрожать и вздыхать перед освобождением, они не выживут… они умрут». Хотя люди редко умирают от незавершенной травмы, но жизнь вследствие травмы может серьёзно ухудшиться. Результатом для многих из нас становится состояние, которое описывается как «живой мертвец».

Я узнал, что для того, чтобы излечиться от травмы, не обязательно раскапывать и оживлять воспоминания. На самом деле сильная эмоциональная боль может привести к ретравматизации. Всё, что нужно делать, чтобы освободиться от симптомов и страхов, — усилить наши глубокие физиологические ресурсы и сознательно их использовать. Если же мы будем продолжать игнорировать возможность изменения наших инстинктивных реакций, мы останемся в состоянии оцепенения и боли.

См. http://olga-podolska.livejournal.com/49234.html, http://transurfer.livejournal.com/139714.html



Социальное и культурное влияние


Пожалуй, люди не так ловко, как некоторые дикие животные, справляются с воздействием шока. Социальные и культурные влияния, информацию о которых обрабатывают высшие центры головного мозга, влияют на то, как мы реагируем. Вместо того, чтобы следовать нашим инстинктивным реакциям, кора головного мозга может переоценить ситуацию. Часто мы не можем естественно избавиться от психологических воздействий шока, и они остаются запертыми внутри нас К примеру, когда кто-то врезался сзади в вашу машину, вас трясёт от бешенства, но вместо того, чтобы выплеснуть скопившуюся под давлением энергию прямо на улице, вы просто уточняете с виноватым водителем детали страховки [10].

То же самое бывает, когда у вас на работе напряжённая обстановка, а начальник вызывает вас к себе в кабинет. Вы можете позволить себе реакцию «бей и беги», но драться и спасаться бегством не очень подходящая реакции — можно потерять работу! Поэтому у энергии, которая начала мобилизовываться в вашем теле, нет выхода. Доктор Питер Левин сравнивает подобную ситуацию с одновременным сильным нажатием ноги на педаль газа и на тормоза [11].


Подавление


Отпечатки испытанного травмирования сохраняются, если наша способность развеять его воздействие подавляется или если этому мешают. Возникает огромная энергия, когда мы вступаем в реакцию «бей или беги». Становится возможным проявить чудеса силы и выносливости. Известны примеры, когда мать может поднять машину, чтобы спасти ребёнка. Однако, когда эта энергия начинает мешать, она давит и может остаться запертой в теле. И нам ничего не остаётся, кроме как сдерживать её как можно лучше. Если в будущем нам предстоит вновь испытать травму, то мы не сможем с ней справиться, несмотря на накопленные для этого ресурсы, и она нас снова подавит. Часто повторное травмирование происходит тогда, когда ситуация похожа на предыдущую.


Признаки травмы


Следы, оставшиеся от травматического воздействия, с которым не удалось справиться, могут привести к возникновению различных клинических симптомов. Прежде всего, травмированный человек страдает от повышенной чувствительности, реактивных вспышек, неуверенности, беспомощности, недоверия, перемены настроения или приступов паники. Так как организм перестраивается в соответствии с присутствующей травмой, то могут возникнуть и такие симптомы, как нарушение пищеварения, головные боли, напряжение челюсти, хроническая усталость, астма, проблемы с мочеиспусканием и боль в спине.


Процесс накапливания


Воздействия стресса или травмы могут накапливаться, так как новые случаи накладываются на предыдущие. Так как защитные реакции заморожены, а на проявление диссоциации требуется огромная энергия, доступные биодинамические силы организма могут соответственно снижаться, и наши ресурсы для борьбы с новыми случаями травмы уменьшаются, поэтому травмированного человека очень легко сломить. Многие исследователи отмечают, как хронический или повторяющийся стресс ослабляет эффективность любой будущей реакции на стресс [13]. Как отмечает Питер Левин, «когда мы не можем плавно справиться с травмой и выполнить все инстинктивные реакции, то эти незаконченные действия подтачивают наше здоровье» [14].


Длительное воздействие


Физиологические реакции на стресс и травму проявляются одинаково, сталкиваемся ли мы с реальной угрозой или с воображаемым страхом. Например, мы замечаем в траве что-то похожее на змею, но, присмотревшись внимательно, понимаем, что это — просто кусок верёвки. Но, тем не менее, была та самая физиологическая реакция, и только когда мы убеждаемся, что опасности нет, мы можем расслабиться. До тех пор, пока случай воспринимается как стресс, реакция «бей или беги» остаётся активной. Если реальный или воображаемый стресс продолжается, то, возможно, надолго сохраняется и реакция «бей или беги».

Для тех, кто страдает от длительного стресса или травмирования, воздействие на организм может оказаться существенным. Давайте представим, что произойдёт со стороны организма, если наша реакция «бей или беги» будет постоянно находиться в боевой готовности. Сохранится сокращение мышц, кровяное давление будет высоким, дыхание останется учащённым, пищеварение слабым и останется множество гормональных изменений, характерных для реакции на стресс [15]. Рано или поздно адаптационные механизмы длительного стресса будут подавлены, и вот тогда здоровье может начать ухудшаться. Более того, так как эта реакция не находится под сознательным контролем, вы не можете просить расслабиться того, кто сталкивается с угрозами или опасностями или воображает их.


Эмоциональное сцепление


Когда мы сталкиваемся с травмой, похоже, что такие эмоции, как страх, ярость, горечь и отчаяние, могут возникнуть в одно и то же время. Когда мы раздавлены травмой, эти эмоции могут сохраниться внутри суммарного фиксированного паттерна (см. также главу 8 «Континуум ума и тела»). Таким образом, сохранившийся отпечаток травмы часто включает физиологический паттерн, который соединяется с мощными эмоциями. Если в будущем вновь проявится травма, то вновь могут вспыхнуть связанные с ней страх, печаль или ярость.

Наши жизненные реакции, таким образом, становятся обусловленными прежней травмой. Зигмунд Фрейд признаёт биологическую основу тенденции сохраняющейся обусловленности. Он утверждает, что «после сильного шока... сны постоянно возвращают пациента к ситуации бедствия, отчего он просыпается с возобновлённым ужасом... Пациент только что испытал физическую связь с травмой» [16], поэтому для решения этой проблемы направленное лечение должно точно достичь наших клеток.

Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/188777.html
Назад: http://healthy-back.livejournal.com/188320.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/182539.html#cont
Tags: Неврология
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments