Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Categories:

Биология веры: Недостающее звено между Жизнью и Сознанием

Начало: http://healthy-back.livejournal.com/215801.html
Оригинал http://lib.rus.ec/b/188828/read

Торговля лекарствами

Я убежден, что основной причиной невнимания науки к биоэнергетике является алчный интерес к долларам и центам. Ворочающая триллионными капиталами фармацевтическая промышленность предпочитает выделять средства на разработку «чудодейственных» таблеток, ведь каждая таблетка — это деньги (производители лекарственных препаратов живо заинтересовались бы целительной энергией, если бы из нее можно было лепить пилюли). Вот почему любые физиологические и поведенческие отклонения от гипотетической нормы нам преподносят как опасные болезни: «Вы взволнованны? Волнение — симптом невроза. Попросите врача выписать вам вон те новые таблетки розового цвета».

По той же причине средства массовой информации по сути замалчивают проблему вреда лекарств, переключая наше внимание на наркоманию, — дескать, наркотики плохой способ решения жизненных проблем. Гм, забавно. То же самое я хотел сказать и о вполне легальных лекарствах. Вредны ли они? Спросите об этом у тех, кто умер от них в течение прошедшего года. Но многие ли готовы задать такой вопрос? Ведь возможность глушить симптомы своих недомоганий таблетками позволяет нам снимать с себя всякую ответственность за то, что с нами происходит.

Нынешняя таблеткомания заставляет меня вспомнить один случай. Будучи студентом-старшекурсником, я подрабатывал в автомастерской. Как-то раз в пятницу в половине пятого вечера к нам приехала разгневанная дама. В её машине мигала сигнальная лампочка, указывавшая на мелкую неисправность — притом, что эту неисправность уже несколько раз чинили. Скажите, кому охота разбираться с пакостными поломками и нервными клиентками в пятницу вечером? Желающих не было. Потом один механик сказал: «Я с этим разберусь». Заведя машину подальше в гараж, он вынул сигнальную лампочку и выбросил её, после чего открыл банку кока-колы и закурил. Выждав некоторое время, он вышел к хозяйке машины и сказал, что теперь все в порядке. Дама пришла в восторг от того, что лампочка больше не мигает, села в машину и уехала. Неисправность никуда не делась, но её симптомы были устранены. Именно так действуют лекарственные препараты — чаще всего они устраняют лишь симптомы заболевания.

Постойте, постойте — скажете вы. Времена изменились. Сегодня мы хорошо знаем об опасностях лекарств и без предубеждения относимся к альтернативным методам исцеления. Страховые компании и те соглашаются оплачивать лечение, ещё недавно считавшееся шарлатанским. Ну и что? Ученые, как и прежде, не горят желанием исследовать источники эффективности альтернативной медицины — им не дают на это денег. А ведь только такие исследования могут избавить альтернативную медицину от ярлыка «ненаучности».

(Видео по теме — H.B.)



Глава V. Биология и вера


В 1952 году молодой английский врач Альберт Мейсон допустил ошибку, которая на короткое время прославила его имя в научном мире. Мейсон взялся лечить пятнадцатилетнего мальчика от бородавок гипнозом. Случай был особенно тяжелым. Кожа мальчика, за исключением груди, напоминала слоновью шкуру.

На первом гипнотическом сеансе Мейсон занялся рукой своего юного пациента. Погрузив мальчика в транс, он сказал ему, что кожа на его руке становится здоровой, гладкой и розовой. Когда мальчик пришел к нему неделю спустя, Мейсон с удовлетворением отметил, что рука и в самом деле выглядит здоровой. Он решил показать мальчика хирургу, который безуспешно пытался лечить его с помощью пересадок кожи. Вот тут-то и выяснилось, что Мейсон допустил врачебную ошибку. Увидев руку мальчика, хирург изумился. Оказывается, тот страдал вовсе не от бородавок, а от неизлечимой генетической болезни, называемой врожденным ихтиозом.

Устранив проявления ихтиоза силой оформленной в слова мысли, Мейсон совершил нечто, считавшееся невозможным. Он продолжил сеансы гипноза, и — о чудо! — его юный пациент выздоровел. Мальчик, которого одноклассники безжалостно травили из-за его внешнего вида, смог вернуться к нормальной жизни.

Статья Мейсона в Британском медицинском журнале [Mason 1952] о поразительном излечении от ихтиоза стала сенсацией. Его имя попало в газеты; к нему потянулись страдавшие этой редкой неизлечимой болезнью пациенты. Увы, Мейсон не смог повторить свой успех. Теперь он знал, что имеет дело с болезнью, которую все врачи мира считают неизлечимой, и потерял прежнюю дерзкую самоуверенность. Мейсон пытался делать вид, что верит в собственные силы, но впоследствии признался в интервью телеканалу Discovery Health: «Я притворялся» [Discovery Health Channel 2003].

Как могла вера Мейсона в успех лечения исцелить пациента? Как человеческое сознание одолело генетическую программу? Новая биология предлагает свои ответы на эти вопросы. В конце предыдущей главы мы с вами увидели, что материя и энергия тесно взаимосвязаны. Вполне логично заключить, что точно так же взаимосвязаны сознание (энергия) и тело (материя) — несмотря на многовековые отчаянные попытки западной медицины обособить их друг от друга.

В XVII веке возможность воздействия сознания на тело была отвергнута Рене Декартом. По его представлениям, физическое тело состоит из вполне осязаемой материи, а сознание — это некая неопределенная, но, безусловно, нематериальная субстанция.

В итоге Декарт оставил после себя неразрешимую философскую загадку: коль скоро на материю может воздействовать только материя, как нематериальная субстанция сознания устанавливает отношения с физическим телом? (Через нервную систему. См. http://healthy-back.livejournal.com/165426.html — H.B.) В изданной пятьдесят лет назад книге Гилберта Райла «Понятие сознания» [Ryle, 1949] эти загадочные отношения сознания и тела получили определение «призрака в машине».

Декартово разделение сознания и тела как нельзя лучше отвечает интересам традиционной медицины, исповедующей ньютоновскую материальную Вселенную. В самом деле, врачам гораздо проще исправлять неполадки в механике тела, чем иметь дело с вечно лезущим не в свое дело «призраком» сознания.

То, что разделил Декарт, воссоединилось в реальности квантового мира. Да, Декарт прав в том, что физическое тело дает начало сознанию (энергии). Вместе с тем мы, благодаря нашему новому пониманию мироустройства, видим, что и сознание способно оказывать на тело заметное влияние. Энергия мысли может активизировать или, наоборот, подавлять клеточные белки посредством описанного в предыдущей главе механизма конструктивной и деструктивной интерференции.

Концепция обособленности сознания и тела, несмотря на открытия в области квантовой физики, преобладает в западной медицине. Будущим врачам и исследователям вдалбливают в головы, что случаи, подобные упомянутому выше исцелению от ихтиоза, являются не заслуживающими внимания аномалиями. Уверен, что это не так. Такие аномалии таят в себе ключ к пониманию природы живого. Они говорят о том, что целительная сила человеческого сознания намного эффективнее любых таблеток и потому заслуживает самых серьёзных научных исследований.

К сожалению, учёные гораздо чаще отбрасывают подобные исключения из правил, чем принимают их во внимание. Вот пример, который я очень люблю. Это опубликованная в 2000 году в журнале «Сайенс» статья о немецком учёном XIX века Роберте Кохе, который наряду с Луи Пастером стоял у истоков микробиологии. То, что источником заболеваний являются бактерии и вирусы, сегодня знают все. Но в те времена эта теория вызывала ожесточенные дискуссии. Один из критиков Коха в пылу спора залпом выпил стакан воды, заражённой холерным вибрионом. Ко всеобщему удивлению, сей героический поступок обошелся без последствий. Описывая этот инцидент, автор статьи в журнале «Сайенс» заключает: «По непонятным причинам он остался здоров, хотя, безусловно, был неправ» [Di-Rita, 2000].

Вдумайтесь: человек, заразившись холерой, остался здоров, но... был неправ! Почему? Потому что, по мнению научного сообщества, чьим рупором является журнал «Сайенс», его неуязвимость для холеры — ничто по сравнению с общепризнанной теорией. Вместо того, чтобы попытаться разобраться, каким образом он смог избежать этой страшной болезни, от него отмахиваются как от досадного недоразумения, бросающего тень на почтенную науку. Весьма симптоматичная ситуация, свидетельствующая о недомогании самой науки.


Когда позитивного мышления недостаточно

Прежде чем продолжить разговор о невероятной силе человеческого сознания и о том, как мои исследования клеток пролили свет на отношения мыслей и тела, хочу недвусмысленно заявить: я не верю в то, что позитивное мышление непременно ведет к телесному здоровью. Для того чтобы обрести власть над своим телом и своей жизнью, одних благих мыслей мало.

Многие не понимают, что сознание и подсознание тесно связаны. Пресловутые «позитивные мысли» — творческий продукт сознательной составляющей человеческого ума. И наоборот, подсознание — это вместилище запечатленных как на магнитофонной пленке реакций на различные раздражители. Источником таких реакций являются инстинкты и приобретенный опыт.

Подсознание, как бы мы порой ни досадовали по этому поводу, в ответ на внешние сигналы выдает нагора одни и те же поведенческие реакции. Как часто вам случалось выходить из себя по самым пустяковым поводам вроде не завинченного тюбика зубной пасты? Вы с детства знаете, что зубную пасту нужно закрывать, и стоит вам увидеть тюбик открытым, у вас внутри как будто нажимают кнопку, вызывающую бешенство. Все очень просто — таков записанный в вашем подсознании автоматический отклик на определенный раздражитель.


Плацебо: эффект веры

О том, что сознание способно оказывать влияние на тело, хотя бы в общих чертах слышали все студенты-медики. Им рассказывают, что можно улучшить состояние больного с помощью таблетки, не содержащей ничего, кроме, скажем, сахара, если он поверит (безосновательно), что ему дали лекарство. В медицине этот феномен называется эффектом плацебо. Мой друг Роб Уильямс, разработавший энергопсихологическую систему исцеления PSYCHK, считает, что эффект плацебо правильно было бы называть эффектом впечатления. Лично я предпочитаю называть его эффектом веры.

Я придаю эффекту веры огромное значение, — по моему мнению, он представляет собой великолепный пример действенности лечебных средств, основанных на связи сознания и тела. Однако официальная медицина объясняет «воображаемый» эффект плацебо в лучшем случае повышенной внушаемостью пациентов, а в худшем — жульничеством. На медицинских факультетах о нем упоминают разве что вскользь. Это величайшая ошибка. По моему убеждению, врачи должны лечить больных не только таблетками и скальпелем. Им надлежит научиться распознавать скрытые в человеке силы и отказаться от убеждения, что он не способен выздороветь без вмешательства извне.

Эффекту плацебо пора стать объектом полноценных, хорошо финансируемых научных исследований (Прям будто я писал — H.B.) . Если учёным удастся найти способ его усилить, они смогут вооружить врачей эффективным и лишенным побочных влияний биоэнергетическим средством лечения болезней. Целители-биоэнергетики утверждают, что такие средства им уже известны, но я учёный и потому считаю, что чем больше мы будем знать об эффекте плацебо, тем лучше сможем использовать его в клинической практике.

Я убежден, причина пренебрежительного отношения официальной медицины к фактору сознания кроется не только в догматическом мышлении врачей, но и в соображениях финансового характера. Если от телесных недугов можно излечиваться силой собственной мысли, зачем тогда идти к врачу, и главное — зачем покупать лекарства?! Не так давно я к своему глубокому огорчению узнал, что фармацевтические компании не допускают к клиническим испытаниям лекарств людей, восприимчивых к таблеткам-пустышкам. Производителям медикаментов не дает покоя тот факт, что «поддельные» плацебо-лекарства в процессе испытаний обнаруживают не меньшую эффективность, чем их «настоящие» химические аналоги [Greenberg, 2003].

Представители фармацевтической промышленности утверждают, что они и не думают проталкивать таким образом на рынок дрянные лекарства. Но совершенно ясно: эффективность плацебо представляет прямую угрозу их бизнесу. Мотивы фармацевтических компаний понятны: если плацебо не удается победить в честной борьбе, нужно отстранить его от соревнований!

То, что нашей медицине нет дела до плацебо, довольно забавно. Ведь историки говорят: вся её история это, в значительной мере, история эффекта плацебо. Долгое время у врачей попросту не было других, «научных» средств противостояния болезням и потому они пускали больным кровь и обрабатывали раны мышьяком, не говоря уже о ставшей притчей во языцех «панацее» — змеином жире. И что вы думаете — все это работало! Даже в наши дни многим больным (по самым скромным оценкам — трети от общего их количества) достаточно увидеть доктора в белом халате. Тогда они выздоравливают, что бы им ни прописывали — патентованное лекарство или фальшивую подслащенную пилюлю.

Руководитель этих исследований, доктор Брюс Мозли, «знал», что его пациентам помогают именно операции. «Любому хорошему хирургу известно, что в хирургии эффекта плацебо не бывает», — писал он. Но какую именно операцию следует считать наилучшей? Как и полагается при серьёзном научном эксперименте, Мозли разделил оперируемых больных на группы. Пациентам из первой группы он иссекал поврежденный коленный хрящ. Пациенты второй группы удостоились удаления тканей, которые, как считалось, вызывали воспаление. (И то и другое — из числа стандартных методов лечения артрита.) А вот больным из третьей, контрольной группы произвели «ложные» операции. Мозли делал три стандартных надреза под местным наркозом, после чего всем своим поведением имитировал бурную деятельность — отдавал команды, двигал руками и даже выплескивал из банки физиологический раствор, создавая звук, которым обычно сопровождается процедура промывания колена. Через сорок минут он заканчивал «операцию» и зашивал надрезы. Всем трём группам прооперированных пациентов назначили один и тот же реабилитационный комплекс физических упражнений.

Результаты эксперимента оказались ошеломляющими. Само собой, у пациентов, подвергнутых настоящим операциям, наступило ожидаемое улучшение. Но такое же улучшение наблюдалось и в контрольной плацебо-группе, причем ненамного реже. Каждый год в США делают 650 000 операций по поводу воспаления коленного сустава, каждая из которых обходится примерно в 5000 долларов! И невзирая на это Мозли посмел констатировать: «Дело не в моем мастерстве хирурга. Польза хирургического лечения остеоартрита колена целиком и полностью обусловлена эффектом плацебо».

Исследования, которые я проводил в Стэнфорде, показали, что те же типы поведения, сформировавшиеся за миллиарды лет существования жизни, необходимы и для выживания многоклеточных организмов, в том числе человека. Но тут есть одно затруднение. Дело в том, что механизмы развития и защиты функционируют по очереди. Другими словами, клетки не способны двигаться вперед и назад одновременно. Те клетки человеческих кровеносных сосудов, которые я исследовал в Стэнфорде, принимали одну микроанатомическую конфигурацию для того, чтобы иметь возможность питаться, и другую — защищаясь. Единственное, чего они не могли, — это принять обе конфигурации сразу [Lipton, et. al., 1991].

То же самое можно сказать и о человеке. Если вы защищаетесь от хищного зверя, с вашей стороны было бы неразумно тратить силы на развитие. Чтобы остаться в живых, вам нужно сражаться или бежать. Понятно, что ещё и развиваться при этом у вас не получится.

Постоянное пребывание в состоянии защиты и подавление процессов развития препятствует производству жизненной энергии и истощает организм. Чем дольше вы защищаетесь, тем хуже для вас. Так можно дозащищаться до того, что слова «испугался до смерти» приобретут для вас буквальный смысл. К счастью, чаще всего до этого не доходит. В отличие от отдельных клеток, у многоклеточных организмов защита и развитие не взаимоисключают друг друга — вовсе не обязательно, чтобы все 50 триллионов наших клеток одновременно находились либо в одном, либо в другом состоянии.


Физиология защиты родины

У многоклеточных организмов модели поведения типа роста и защиты контролируются нервной системой. Именно она отслеживает сигналы окружающей среды, интерпретирует их и обеспечивает соответствующий поведенческий отклик. Другими словами, в многоклеточных сообществах нервная система играет роль правительства, организующего деятельность граждан-клеток. Получив угрожающий сигнал, она предупреждает сообщество клеток о надвигающейся опасности.

В человеческом организме есть две одинаково важные системы защиты. Первая из них, адреналовая система, обороняет нас от внешних угроз. Она называется гипоталамо-гипофизарно-адреналовой осью (ГГА-осью). Если опасности нет, ГГА-ось неактивна и развитию клеток ничто не препятствует. Если же гипоталамус мозга узнает о внешней угрозе, он задействует ГГА-ось, посылая сигнал в главную железу внутренней секреции — гипофиз, который, в свою очередь, мобилизует 50 триллионов клеток организма на противодействие опасности.

Вспомните клеточную мембрану с её механизмом отклика на раздражение — рецепторными и эффекторными белками. Гипоталамус и гипофиз представляют собой их функциональные эквиваленты. Гипоталамус, как и белки-рецепторы, воспринимает и распознает сигналы внешней среды; функция же гипофиза сходна с функцией белков-эффекторов — он приводит в действие различные органы нашего тела. В ответ на угрозу извне гипофиз посылает сигнал в надпочечники, информируя их о необходимости координировать в организме реакцию «борьбы или бегства ».

Другая защитная система организма — иммунная система. Она обороняет нас от угроз, источник которых — в частности, различные бактерии и вирусы — находится внутри нашего тела. Будучи мобилизованной, иммунная система потребляет значительную часть жизненной энергии организма. Чтобы получить представление об энергетических запросах иммунной системы, вспомните, какую физическую слабость вы испытываете, когда ваш организм борется с такими инфекциями, как грипп или простуда. Когда ГГА-ось мобилизует тело для реакции «борьбы или бегства», выделяемые ею гормоны угнетают деятельность иммунной системы для того, чтобы сохранить энергетические резервы организма. Кстати, эти гормоны настолько эффективно подавляют иммунную систему, что врачи вводят их пациентам, которым была сделана пересадка органов, дабы уменьшить вероятность отторжения чужеродных тканей.

Адреналовая система — великолепный защитный механизм, позволяющий успешно справляться с острыми стрессами. Однако этот механизм не предназначен для постоянного использования. В то же время большая часть наших стрессов не относится к числу острых, без труда распознаваемых угроз, на которые можно должным образом отреагировать и как ни в чем не бывало жить дальше. Нас одолевают безотчетные тревоги по поводу нашей личной жизни, работы и окружающего неспокойного мира. Ничто не угрожает нашей жизни, и тем не менее ГГА-ось не выключается ни на минуту. В результате — хронически повышенный уровень стрессовых гормонов у нас в организме.

Авторы чрезвычайно познавательной статьи, опубликованной в 2003 году в журнале «Сайенс», задались вопросом, почему антидепрессанты — селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС), такие, как прозак или золофт, — улучшают состояние пациентов не сразу, а примерно спустя две недели после начала курса лечения. Выяснилось, что у людей, переживающих депрессию, наблюдается странное замедление процесса деления клеток гиппокампа — части мозга, связанной с запоминанием. Они снова начинали делиться одновременно с улучшением состояния пациента в связи с приемом СИОЗС-препаратов — через несколько недель после начала приема антидепрессантов.

Это и другие исследования заставляют сомневаться в принятой ранее теории, согласно которой депрессия — не что иное, как «химический дисбаланс», обусловленный дефицитом в мозгу так называемых моноаминных сигнальных веществ, в частности серотонина. Если бы все было так просто, СИОЗС-препаратам для восстановления химического баланса хватило бы и одного дня.

Последовательность стадий мозговой электрической активности у развивающегося ребенка описана в работах доктора Римы Лэйбоу [Laibow 1999 and 2002]. В период от рождения до двухлетнего возраста человеческий мозг преимущественно функционирует на наиболее низких частотах — от 0,5 до 4 колебаний в секунду (герц). Такие колебания называются дельтаволнами. При этом на фоне дельтаволн у детей могут происходить кратковременные вспышки более высокочастотной мозговой активности. В возрасте от двух до шести лет у ребенка начинает преобладать мозговая электрическая активность более высокой частоты — тета-волны (48 Гц).

Именно в этот «детский» диапазон дельта- и тета-волн, стремятся перевести мозговую деятельность своих взрослых пациентов гипнотерапевты — в таком состоянии человек легко внушаем и хорошо поддается программированию. Теперь понятно, что позволяет ребенку поглощать необходимые ему гигантские объемы информации.

Становясь старше, мы делаемся менее восприимчивыми к внешнему программированию и в нашей мозговой активности начинают все отчетливей преобладать высокочастотные альфа-волны (8-12 Гц). При этом наши органы чувств (глаза, уши, нос) наблюдают за окружающим миром, а сознание уподобляется зеркалу, отражающему совокупную внутреннюю деятельность клеточного сообщества тела. Это осознание своей «самости».

Приблизительно в двенадцатилетнем возрасте в деятельности мозга ребенка начинают наблюдаться продолжительные периоды ещё более высокочастотной, так называемой бета-волновой активности (12-35 Гц). Бета-состояние мозга — это та сосредоточенность, которую вы демонстрируете, когда, например, читаете книгу.

А недавно в мозговой активности человека была выделена пятая, ещё более высокочастотная составляющая — гамма-волны (>35 Гц). В гамма-волновом диапазоне частот мозг работает в режиме «пиковой производительности», характерном для пилотов при приземлении самолета и профессиональных теннисистов, принимающих «влет» мощную подачу.


Сознание: творец внутри нас

Подсознание — эта одна из наиболее мощных известных нам систем обработки информации — в случае необходимости включает ранее усвоенные (выученные) модели поведения без всякой помощи или команды со стороны сознания, и даже без его ведома.

Однако подсознание не способно на то, на что способно сознание, а именно — спонтанно и творчески реагировать на внешние раздражители. Только благодаря сознанию мы обретаем свободу реагирования и перестаем быть рабами заложенных в нас поведенческих программ. Как только ваше сознание хоть немного отвлекается, подсознание тут же берет над ним верх.


Цена победы над подсознанием

Если о сознательной составляющей человеческого ума можно говорить как о некоем «призраке в машине», то по отношению к подсознанию такие сравнения неправомерны. Подсознание скорее похоже на музыкальный автомат — оно беспрекословно воспроизводит ту или иную поведенческую песню, стоит только нажать нужную кнопку. Предположим, эта песня вам чем-то не нравится. Сможете ли вы ее заменить, если приметесь возмущаться и размахивать руками? В годы учебы в колледже мне случалось видеть, как подвыпившие студенты исступленно пинали и поносили матерными словами чем-то не угодившие им музыкальные автоматы, — само собой, безо всякой пользы. Точно так же, ни причитания, ни насилие со стороны сознательной составляющей нашего ума не в силах изменить поведенческие программы, записанные у нас в подсознании. Мы сможем найти действенные способы его перепрограммирования только в том случае, если перестанем с ним сражаться.

Осознать всю тщетность попыток победить подсознание не так-то легко, ведь одной из программ, усвоенных нами в детстве, является вера в то, что мы всегда и во всем должны демонстрировать силу воли. Вот мы и демонстрируем её, стараясь прошибить свои подсознательные программы, как каменную стену.

Конфликт между сознательной волей и подсознательными программами может стать причиной серьёзных нервных расстройств. Хорошей иллюстрацией к тому, что с подсознанием не стоит бороться, служит кинофильм «Блеск».

Герой этого основанного на реальной истории фильма, австралийский пианист Дэвид Хельфготт, вопреки воле отца решает отправиться в Лондон и заявить о себе как о музыканте мирового уровня. Отец, переживший ужасы Холокоста, убеждает его в том, что мир полон опасностей и тот, кто чересчур «высовывается», рискует жизнью. Но Хельфготт полон решимости осуществить свою мечту. В Лондоне он играет на конкурсе очень сложный Третий фортепианный концерт Рахманинова. В фильме отражен конфликт между сознанием героя, которое стремится к успеху, и его запрограммированным отцом подсознанием, твердящим, что быть всемирной знаменитостью и пребывать у всех на виду — значит подвергать свою жизнь опасности. Хельфготт играет концерт, обливаясь потом, — его сознание отчаянно сражается со страшащимся победы на кон­курсе подсознанием за контроль над телом. Силой воли Хельфготт заставляет себя доиграть концерт до конца и потом теряет сознание — борьба с подсознательными программами отнимает у него слишком много сил. Победа дается ему слишком дорогой ценой — он сходит с ума.

Принято считать, что подсознательные деструктивные поведенческие паттерны можно подавить с помощью лекарств и психотерапии. Однако в последнее время все чаще говорят о том, что давить «музыкальный автомат» подсознания и тем более в чем-то его убеждать бесполезно — необходимы действенные методы глубокого перепрограммирования психики, основанные на открытиях квантовой физики, объединяющих энергию и мысль. В целом, такие методы перепрограммирования могут быть названы энергетической психологией; сегодня это весьма динамично развивающееся направление, порожденное Новой биологией.


«Подготовительный класс» Природы

Но зачем нужна такая зависимость внутриутробного развития от внешнего окружения? — спросите вы. Все очень просто — она способствует выживанию нашего потомства. Пребывающему в утробе матери ребенку предстоит оказаться в той же среде, в которой обитают его родители, поэтому информация, получаемая от них через материнскую плаценту, направляет его физиологическое развитие таким образом, чтобы он мог наилучшим образом подготовиться к ветрече с ожидающими его после рождения трудностями. Проще говоря, так Природа готовит ребенка к жизни в новой среде. И сейчас, благодаря последним достижениям науки, родители имеют возможность привнести в этот процесс много полезного.

С материалами исследования, раскрывающего связь между телесными прикосновениями и уровнем насилия в обществе, можно ознакомиться на вебсайте http://www.violence.de/

Но чем объяснить тот факт, что некоторые из румынских детей-сирот, за которыми наблюдала Мэри Карлсон, несмотря ни на какие выпавшие на их долю лишения, развивались вполне нормально? Откуда берутся эти, как она говорит, «упрямые жизнелюбцы»? У них что, лучшие гены? Думаю, вы уже поняли, что я так не считаю. Скорее всего, биологические родители этих детей все-таки создали для них благоприятные условия до того, как они родились, что дало им явные преимущества в трудный период жизни.


Дух и наука

Осознание природы клеточной мембраны, снизошедшее той ночью в мой мозг, заставило меня поверить, что мы — бессмертные духовные создания, не ограниченные своим физическим телом. Ясный внутренний голос сказал мне, что до сих пор моя жизнь основывалась на ложной вере в то, что нами управляют гены и что мы перестаем быть, когда умирает наше тело. Я, посвятивший годы изучению молекулярных механизмов ограниченных физических тел, вдруг осознал, что управляющие нашей жизнью белковые «переключатели» приводятся в действие сигналами, посылаемыми окружающей средой — иными словами, самой Вселенной!

Человечество потеряло всякое представление о морали. Оно променяло духовные блага на блага материальные. Победителем считается тот, кто в грызне за добычу ухватит больший кусок.

Наши не в меру сообразительные учёные, не разобравшись толком в том, насколько все взаимосвязано на этой планете, трюкачествуют с генами и окружающей средой не хуже Микки-Мауса. Вот только последствия их прыти могут быть гораздо более трагичными.

Одной из теорий, объясняющих механизм приобретения вместе с пересаженным органом новых черт характера, является теория «клеточной памяти». Вы знаете, с каким с почтением я отношусь к интеллекту отдельных клеток, но всему есть предел. Да, клетки «помнят», что они — мышечные клетки или, скажем, клетки печени, но я не верю, что они способны вспомнить вкус курятины! Подобные разговоры имеют смысл только в том случае, если мы примем во внимание, что у клеток пересаженных органов есть рецепторы индивидуальности донора. Пусть даже тело человека, чьи органы были взяты для пересадки, мертво, но ведь его самость по-прежнему транслируется. В этом смысле все люди бессмертны — таково было озарение, снизошедшее на меня, когда я размышлял о механизмах клеточных мембран.


Приложение

В главе об осознанном родительстве я говорил о том, как негативные верования, усвоенные нами в детстве, становятся нашими подсознательными деструктивными программами. В той же главе я упоминал, что существуют энергетические психотехники, которые, используя результаты новейших исследований связи сознания и тела, обеспечивают быстрый доступ к таким подсознательным программам и их перепрограммирование. Сейчас, прежде чем мы расстанемся, мне хочется вкратце рассказать вам об одной из таких энергетических психотехник, в простоте и эффективности которой мне довелось убедиться лично.

Эта психотехника называется PSYCHK. Я встретился с её разработчиком Робом Уильямсом в 1990 году на конференции, где мы оба выступали с докладами. Как обычно, завершая доклад, я сказал слушателям, что, изменив свои верования, они смогут изменить собственную жизнь. То была традиционная заключительная фраза, на которую слушатели реагируют не менее традиционно: «Ну ладно, Брюс, все это здорово, только вот как это сделать?»

В то время я ещё не до конца понимал, какую роль в процессе таких изменений играет подсознание. Мне представлялось, что для преодоления негативных поведенческих паттернов достаточно позитивного мышления и силы воли. Впрочем, я видел, что перемены, которых мне удалось добиться в своей собственной жизни благодаря тому и другому, были не так уж значительны. Кроме того, всякий раз, когда я предлагал слушателям такое решение, энергия уходила из них, как воздух из проколотого воздушного шарика. Судя по всему, им, как и мне, сила воли и позитивное мышление не принесли особого успеха.

Судьбе было угодно, чтобы в тот день, вернувшись на место и подняв глаза, я обнаружил, что следующим докладчиком был психотерапевт Роб Уильямс. Первые же его слова заставили слушателей податься вперед. Уже во вступительной части своего доклада Роб заявил, что его система PSYCHK способна изменить ограничивающие человека поведенческие паттерны в течение нескольких минут.

Процедура PSYCHK проста, целенаправленна и контролируема. Она использует методику взаимодействия сознания и тела, основанную на «мышечном тестировании» (кинезиологии), с которой меня познакомил на Карибах студент, занимающийся мануальной терапией. С помощью этой методики в системе PSYCHK получают доступ к «файлам» подсознания.

Также в системе PSYCHK применяются техники интегрирования левого и правого полушарий мозга, обеспечивающие быстроту и долговременносгь изменений. И наконец, PSYCHK делает процесс изменений одухотворенным.

При помощи мышечного тестирования PSYCHK обращается к тому, что Роб называет «сверхсознательной» составляющей ума. Это позволяет убедиться в том, что цели, которые в действительности ставит перед собой человек, безопасны и обоснованны. Благодаря таким встроенным «предохранителям» эту систему может освоить любой человек, если он стремится изменить свою жизнь и прийти от страха к любви.

И ещё я часто выступаю с лекциями вместе с Робом и под конец своих выступлений, вместо того чтобы апеллировать к позитивному мышлению и силе воли слушателей, с удовольствием передаю ему слово. Моя книга посвящена Новой биологии; что же до системы PSYCHK, она, я уверен, представляет собой важный шаг в направлении Новой психологии XXI века и последующих времен. Более подробно об этой системе вы сможете узнать на вебсайте Роба http://www.psych-k.com/

Начало: http://healthy-back.livejournal.com/215801.html
Tags: Культура, Неврология, Психосоматика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments