Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Categories:

Пробуждение тигра — исцеление травмы

Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/271985.html
Назад: http://healthy-back.livejournal.com/271468.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/268264.html#cont

Почему люди убивают, калечат и пытают друг друга?


Даже состязаясь в борьбе за самые основные свои ресурсы — пищу и территорию — животные, как правило, не убивают представителей собственного вида. Почему же мы делаем это? Что произошло, что так распространились массовые убийства и насилие, когда людское население возросло по своей численности и сложности? (Именно это и произошло — людское население возросло — H.B.) Хотя существует много теорий о войне, есть одна коренная причина, которая, по-видимому, не получила достаточно широкого признания.

Травма стоит в ряду самых важных коренных причин той формы, которую приняли современные войны. Нескончаемость, увеличение масштабов и жестокость войны может быть отчасти отнесена за счёт посттравматического стресса. Наши прошлые столкновения друг с другом породили наследие страха, разобщения, предрассудков и враждебности. Это наследие является наследием травмы, и в основе своей оно ничем не отличается от того, что переживают отдельные индивидуумы — кроме своих масштабов.

Травматическое повторное проигрывание — это одна из самых сильных и устойчивых реакций, которая возникает в самом начале травмы. Как только мы травмируемся, то почти наверняка мы будем продолжать повторять или воспроизводить части этого переживания, тем или иным образом. Мы снова и снова будем стремиться к ситуациям, которые будут напоминать нам о первоначальной травме. (Как было написано выше, повторение травмирующих ситуаций действительно встречается, включая необъснимо внутри семьи. Прямо к СТРЕМЛЕНИЮ это не имеет никакого отношения, скорее, наоборот, человек будет стремиться избегать травмирующие ситуации — H.B.) Когда люди травмируются из-за войны, то последствия этого потрясают.

Давайте ещё раз рассмотрим, что мы знаем о травме. Когда люди травмируются, наши внутренние системы остаются в состоянии возбуждения. Мы становимся сверх бдительными, но не можем определить источник этой распространяющейся повсюду угрозы. Это ситуация вызывает эскалацию страха и реактивности, усиливая нашу потребность определить источник угрозы. И вот результат: мы становимся вероятными кандидатами на повторное проигрывание — в поисках своего врага.

Представьте теперь, что вся популяция людей имеет похожее посттравматическое прошлое. А теперь вообразите, что две таких популяции, расположены в одном и том же географическом регионе, возможно, с разными языками, цветами, религиями или этническими традициями. Последствия неизбежны. Тревожное возбуждение с его постоянным ощущением опасности теперь можно «объяснить». Угроза найдена: это они. Они — враги. Побуждение убивать, калечить и уродовать усиливается — эти двое «соседей», кажется, вынуждены безжалостно убивать друг друга. Они разрушают дома, надежды и мечты друг друга. Делая так, они убивают собственное будущее.

В то время как война настолько сложна и не может быть объяснена одной единственной -причиной, нации, живущие в тесном соседстве, действительно имеют разрушительную тенденцию воевать друг с другом. Это — модель, которая разыгрывалась и переигрывалась бесчисленное количество раз в истории. Травма обладает пугающими потенциальными возможностями повторно проигрываться в форме насилия. Сербы, мусульмане и хорваты повторяли своё насилие, как непосредственные виртуальные проигрывания Первой и Второй Мировых войн, возможно, и давних войн Османской Империи. (Сербы — это национальность, мусульмане — религиозная принадлежность. Ужас, просто безграмотный ужас — H.B.) Нации Среднего Востока могут проследить истоки своих проигрываний до Библейских времен.

В местах, где реальные войны не повторяются с такой свирепостью и безжалостностью, которая регулярно наблюдается по всему земному шару, преобладают другие формы насилия. Убийство, бедность, бездомность, насилие над детьми, расистская и религиозная ненависть и гонения — всё это родственные войне вещи. Невозможно избежать травматических последствий войны; они проникают в каждый сегмент общества.


Круг травмы, круг благодати


Здоровые младенцы рождаются со сложной совокупностью форм поведения, чувств и восприятий. Эти элементы предназначены для того, чтобы содействовать исследованию окружающей среды и установлению социальных связей и, в конечном счёте, здоровому социальному поведению. Когда младенцы рождаются в жизнь, полную стресса и травмы, эти поддерживающие жизнь формы поведения сталкиваются с препятствиями. Вместо исследования и установления связей, эти малыши заторможены и проявляют боязливое и избегающее поведение. Будучи детьми и позже, став взрослыми людьми, они будут менее коммуникабельны и более склонны к жестокости и насилию.

Здоровое исследование и установление связей кажутся теми противовесами, которые сдерживают насилие и беспорядок.


Трансформируя культурную травму


Точно так же, как эффекты индивидуальной травмы могут быть трансформированы, последствия войны на социальном уровне тоже могут быть разрешены. Люди могут и должны объединиться — с готовностью делиться, а не сражаться, трансформировать травму, а не распространять её. И начать следует с наших детей. Они могут создать тот мост, который даст всем нам возможность пережить близость и связь с теми, к кому они раньше относились с враждебностью.

Несколько лет тому назад доктор Джеймс Прескотт (позже вместе с Национальным институтом психического здоровья) представил важное антропологическое исследование о влиянии практики воспитания младенцев и детей на жестокое поведение в первобытных обществах.* (* James Prescott. Body, Pleasure and the Origins of Violence — Futurist Magazine, April /May, 1975 — Atomic Scientist, November, 1975). Он доложил, что общества, в которых практикуется тесная физическая связь и использование стимулирующего ритмичного движения, имели низкий процент жестокости. Общества с минимизированным или наказывающим физическим контактом с детьми показали явные тенденции к жестокости и насилию в форме войны, изнасилования и пыток.

Работа доктора Прескотта (и других) указывает на нечто, мы все знаем интуитивно, что период рождения и младенчества является критическим периодом. Дети усваивают то, как их родители относятся друг к другу и к остальному миру, в очень маленьком возрасте. Если родители были травмированы, им трудно обучать своих детей чувству базового доверия. Без этого чувства доверия в качестве ресурса дети более подвержены травме. Одно разрешение вопроса о том, как прервать цикл травмы, состоит в том, чтобы вовлечь младенцев и их матерей в переживание, которое генерирует доверие и установление социальных связей, прежде чем ребёнок полностью усвоит родительское недоверие к себе и окружающим. (http://healthy-back.livejournal.com/197909.html
Роберт Мендельсон. Как вырастить ребёнка здоровым вопреки врачам. Глава 6

Недавно мне в руки попала забавная книга «Питание ребёнка и уход за ним» доктора Лютера Эммета Холта, которого общественное мнение окрестило отцом педиатрии. Она увидела свет в 1984 году и пережила 75 изданий на трёх языках. Прочитав её, я понял, где именно педиатры набрались своих советов.

Вот что я из этой книги узнал (автор избрал форму «вопрос-ответ»).
— Полезно ли ребёнку плакать?
Плач тренирует лёгкие новорождённого, потому что их расширяет. Ребёнку необходимо повторять сеансы плача по несколько раз в день.

— Сколько времени должен плакать маленький ребёнок?
От пятнадцати до тридцати минут в день.

— Каким должен быть плач?
Громким и сильным, вызывающим покраснение лица. Это скорее не плач, а крик. Такой плач является полезным упражнением и благоприятно сказывается на здоровье ребёнка.

— Что такое избалованный плач, или плач по привычке?
Это плач, с помощью которого даже самые маленькие дети добиваются, чтобы их покачали, взяли на руки, сделали то, что им хочется: включили свет, дали бутылочку с молоком. Такой плач необходим ребёнку для поддержания вредных привычек.

— Можно ли отличить избалованного ребёнка по плачу?
Если ребёнок перестаёт плакать, когда получает желаемое, и бросается в рев. когда его отнимают, то он избалован.

— Что делать с ребёнком, когда он плачет от избалованности или назло родителям?
Не обращать на него внимания. Пусть плачет, пока ему не надоест. Второй такой попытки обычно он уже не сделает.

— Когда можно начинать играть с ребёнком?
Не ранее, чем ему исполнится четыре месяца, а ещё лучше подождать до полугода. Чем меньше играть с ребёнком, тем для него лучше.

— Какой вред ребёнку причиняет игра в раннем возрасте?
Ребёнок становится нервным, раздражительным, плохо спит и так далее.

Доктор Холт также рекомендует кормление через определённые промежутки времени, сон в строго определённое время, прекращение ночных кормлений в пять месяцев и замечает, что качать ребёнка «бесполезно, а иногда и опасно». А ещё заявляет, что ни при каких обстоятельствах ребёнок не должен спать с матерью.

Рекомендации доктора Холта до сих пор в ходу у многих педиатров. Изучите их внимательно и поступайте точно наоборот. — H.B.)


В Норвегии сейчас проводится захватывающая работа в этой области. Я и мой коллега, Эльдборг Уэдаа, используем то, что мы знаем об этом критическом периоде младенчества. Этот подход позволяет целой группе людей начать трансформацию травматических следов предыдущих столкновений. Этот метод требует наличия комнаты, нескольких простых музыкальных инструментов и одеял, достаточно прочных для того, чтобы выдержать вес младенца.

Процесс происходит следующим образом: группа, составленная из матерей и младенцев из противостоящих фракций (религиозных, расовых, политических и т.д.) собирается вместе в доме или в общественном центре. Встреча начинается с того, что в этой смешанной группы матерей и младенцев, матери по очереди учат друг друга простым народным песням из своих соответствующих культур. Держа своих малышей, матери покачиваются и танцуют, когда поют песни своим детям. Фасилитатор играет на простых инструментах, чтобы усилить ритм песен. Движение, ритм и пение и усиливает неврологические паттерны, которые создают спокойную бдительность и восприимчивость. И в результате этого враждебность, выработанная годами раздоров, начинает смягчаться. (Буга-га. Что, с каких-то пор войны развязывают женщины с младенцами на руках? — H.B.)

Поначалу все это сбивает детей с толку, но вскоре они становятся более заинтересованными и вовлечёнными в происходящее. Они с восторгом встречают трещотки, барабаны и тамбурины, которые передаёт им фасилитатор. Характерно то, что без ритмической стимуляции дети этого возраста будут просто пытаться засунуть эти объекты себе в рот. Однако здесь дети присоединятся ко всем остальным, с восторгом генерируя ритм, часто взвизгивая и радостно воркуя.

Так как младенцы с рождения являются высокоразвитыми организмами, они посылают сигналы, которые активируют в их матерях глубочайшее чувство безмятежности, реактивности и биологической компетенции. В этих здоровых взаимоотношениях матери и их малыши подпитывают друг друга, обмениваясь взаимно приятными физиологическими реакциями, которые, в свою очередь, генерируют чувства безопасности и удовольствия. Именно здесь цикл травматических нарушений начинает трансформироваться.

Трансформация продолжается, по мере то как матери кладут своих малышей на пол и позволяют им производить исследование. Как светящиеся магниты, дети радостно движутся друг к другу, преодолевая барьеры робости, в то время как матери молчаливо поддерживают их исследование, образовав круг вокруг них. Чувство взаимной связи, которое создаёт это маленькое приключение, трудно описать или вообразить — его нужно испытать. (Угу, а теперь представьте, что один младенец ударит или ткнёт другого. Это не редкость — H.B.)

Затем большая группа разделяется на меньшие, каждая из которых состоит из матери и младенца из каждой культуры. Две матери нежно качают своих младенцев в одеяле. Эти малыши не просто счастливы, они находятся в совершенном упоении. Они генерируют любовь, которая наполняет всю комнату и настолько заразительна, что вскоре матери (и отцы, если это культурно принято) начинают улыбаться друг другу и наслаждаться переживанием глубокой связи с членами сообщества, которого они раньше боялись и которому не доверяли. Матери уходят с обновлённым сердцем и духом, и они жаждут поделиться этим чувством с другими. Этот процесс почти что самовоспроизводящийся.

Красота этого подхода к исцелению сообщества состоит в его простоте и эффективности. Внешний фасилитатор начинает процесс, проведя первую группу. После этого некоторые из участвовавших в ней матерей могут быть обучены как фасилитаторы для других групп. Основные свойство, необходимые фасилитатору — это острая чувствительность к установлению нужного ритма и межличностным границам. Согласно нашему опыту, определённые личности могут с лёгкостью усвоить эти навыки в результате комбинации опыта участия и объяснения. Пройдя подготовку, эти матери становятся мирными посланниками среди своих сообществ.

«Дайте мне точку опоры», — воскликнул Архимед, — «и я переверну весь мир». В мире, где царят конфликты, разрушения и травмы, мы находим такую точку опоры в близкой физической, ритмической пульсации между матерью и младенцем. Переживания, такие, как мы только что описали, могут сблизить людей, чтобы они снова смогли начать жить в гармонии друг с другом. Воздействие травмы будет различным для каждого из нас. Мы все должны быть готовы взять на себя ответственность за собственное исцеление. Если мы будем продолжать вести войны друг с другом, то исцеление, которого жаждет большинство из нас, будет не более чем мечтой.

Нации, живущие друг с другом по соседству, могут прервать цикл разрушений, насилия и повторяющейся травмы, который длится целые поколения и делает их заложниками. Используя способность человеческого организма фиксировать состояние умиротворяющей жизненности, даже в паутине травматической защищённости, все мы можем начать делать наши сообщества безопасными для нас и наших детей. Как только мы обоснуем безопасные сообщества, мы сможем начать процесс исцеления самих себя и всего нашего мира.


Эпилог или эпитафия?


Сельский житель Америки причитает: «Пройдёт сотня лет, прежде чем я снова смогу говорить с моим соседом». Во внутренних городах Америки давление поднимается до грани разрушительного хаоса, а затем взрывает его. В Северной Ирландии люди, разделённые только веревками для сушки белья и разными религиями, смотрят, как их дети воюют друг против друга вместо того, чтобы играть вместе.

Нетравмированные люди предпочитают жить в согласии, если это возможно. Однако, травматический осадок создаёт убеждённость в том, что мы не в состоянии преодолеть свою враждебность, и что непонимание будет всегда держать нас в отдалении друг от друга. Переживание связи, описанное ранее, — это всего лишь один из многих примеров концепций и практик, которые могли бы быть использованы для решения этой крайне серьёзной дилеммы. По мере того, как нам будут доступны время и деньги, мы сможем разработать и другие способы вовлечь беременных женщин, детей постарше и отцов в этот круг мирного сосуществования.

Эти подходы не являются панацеями, но они — хорошее начало. Они дают надежду там, где только политические решения уже не срабатывают. Самосожжения, конфликты в Ираке и Югославии, мятежи в Детройте, Лос-Анджелесе и других городах — все эти столкновения были травматическими для мирового сообщества. Они также слишком наглядно изображают ту цену, которую мы заплатим как общество, если мы оставим цикл травмы без воздействия. Мы должны быть терпеливы в нашем поиске эффективных средств её разрешения. Выживание нашего вида может зависеть от этого. (Фу, как безграмотно. После всех войн население восстанавливается за одно поколение и даже увеличивается. Если что и грозит нашему виду, так это черезмерная плодовитость и выживаемость — H.B.)


Природа совсем не глупа


Травму нельзя игнорировать. Она является неотъемлемой частью первобытной биологии, которая привела нас сюда. Единственный для нас путь к освобождению, индивидуальному и коллективному, от воспроизведения нашего травматического наследия лежит в его трансформации с помощью повторного преодоления. Как бы мы ни решили трансформировать это наследие
— через групповые переживания,
— шаманскую практику или
— индивидуальную работу, это должно быть сделано.



ЧАСТЬ IV. ПЕРВАЯ ПОМОЩЬ



16. ОКАЗАНИЕ ПЕРВОЙ (ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ) ПОМОЩИ ПОСЛЕ АВАРИИ



В этой главе представлена пошаговая процедура для работы со взрослым человеком. Здесь приведён основной пример того, что происходит во время аварии, и как вы можете помочь предотвратить развитие долговременной травмы. Всегда применяйте свой собственный здравый смысл при оценке конкретных обстоятельств, с которыми вам, возможно, придётся иметь дело.


Фаза 1: Немедленные действия (на месте происшествия)


— Если необходима медицинская помощь для спасения жизни человека, то она, конечно же, должна быть оказана в первую очередь.

— Держите пострадавших в тепле, в лежачем положении в неподвижности — если, конечно, они не подвергаются дальнейшей опасности, оставаясь на том же месте.

— Не позволяйте им подпрыгивать, хотя у них может возникнуть такое искушение.

— Ощущение необходимости что-то делать, как-то действовать, может доминировать над насущной потребностью в неподвижности и энергетической разрядке. Они могут стремиться отрицать значительность происшествия и вести себя так, будто они в полном порядке.

— Оставайтесь с раненым человеком.

— Уверьте их, что вы останетесь вместе с ними, что помощь уже близка (если это похоже на правду). Они были ранены, но с ними всё будет в порядке (очевидно, вам придётся самим решить, стоит ли говорить им это, если их ранения — серьёзные).

— Держите их в тепле: например, укройте их лёгким одеялом.

— Если происшествие не слишком серьёзно, побудите пострадавшего чувствовать свои телесные ощущения, которые могут включать в себя следующие:
— «адреналиновый скачок»,
— онемение,
— тряску и дрожание,
— ощущение жары или озноба.

— Оставайтесь присутствующим, чтобы помочь пострадавшему осуществить разрядку.

— Расскажите им, что то, что они испытывают тряску — не просто нормально, а даже хорошо, и что это поможет им ослабить шок. У них появится ощущение облегчения после того, как тряска завершится, и они могут также почувствовать тепло в руках и ногах. Их дыхание должно стать глубже и легче.

— Эта начальная фаза легко может занять 15-20 минут.

— Когда прибудет помощь, продолжайте по возможности оставаться рядом с раненым человеком.

— При необходимости найдите кого-то, кто поможет вам начать процесс переработки травматического события.


Фаза 2: Когда пострадавший уже доставлен домой или в больницу


— Продолжайте сохранять их спокойствие и побуждать отдыхать до тех пор, пока они не выйдут из острой шоковой реакции.

— Пострадавшие люди всегда должны брать один или два выходных, чтобы помочь себе восстановиться и заново интегрироваться. Это важно даже в том случае, когда они считают, что их повреждения не оправдывают сидения дома. (Это сопротивление может быть обычным механизмом отрицания и защиты от чувства беспомощности).

Обычные повреждения, такие как травмы шеи, спины и позвоночника, будут утяжеляться и потребуют гораздо больше времени для исцеления, если пренебречь этой начальной фазой восстановления. День или два отдыха — это хорошая страховка в таких случаях.

— На этой вторичной фазе выживший после аварии, скорее всего, начнёт испытывать подъём эмоций. Позвольте чувствовать эмоции без каких-либо оценок. Они могут включать в себя
— злость,
— страх,
— скорбь,
— вину,
— тревогу.

— Пострадавший человек может продолжать чувствовать телесные ощущения, такие, как тряска, озноб и т.д. Это по-прежнему нормально.


Фаза 3: Начинаем исследовать и заново преодолевать травму


Эта фаза часто совмещается с фазой 2 и является необходимой для получения доступа к скрытой энергии травмы, чтобы она могла быть полностью разряжена.

Эктер Эхсен изучил детали того, что происходит с человеком до, во время и после травматического события. Очень важно помочь пострадавшим вспомнить периферийные
— образы,
— чувства и
— ощущения, которые они пережили, а не только те, которые имеют прямое отношение к событию.


— На протяжении любой из этих фаз имейте в виду, что пострадавшие, говоря о своих переживаниях, могут стать взволнованными или возбуждёнными. Их дыхание может измениться и стать более быстрым. Их сердцебиение может усилиться, или они могут вспотеть. Если это произойдёт, то перестаньте говорить о переживаниях и сконцентрируйте внимание на том, какие ощущения они испытывают в своём теле, такие как: «Я чувствую боль в шее» или «Я чувствую болезненность в желудке».

— Если вы не уверены, спросите их, что они чувствуют.

— Когда пострадавшие люди будут выглядеть спокойными и расслабленными, перейдите к более подробному отчёту о переживаниях и ощущениях. Возможно, они отметят некоторую лёгкую тряску и дрожь. Уверьте их, что это вполне естественно. Укажите, что реакция активации уменьшается, и что вы работаете медленно, чтобы поднять энергию и разрядить её. Этот процесс известен как титрация (titration) (совершение одного маленького шага за другим).

Далее следуют примеры того, что может переживаться на каждой из стадий этого процесса, а также порядок прохождения данных шагов.


До того, как произошло событие:

— Действие — я вышел из дома и сел в машину.
— Ощущение — я чувствую, как мои руки поворачивают руль, и моя голова поворачивается, чтобы посмотреть назад.
— Чувство — я чувствую себя расстроенным.
— Образ — я еду по скоростному шоссе и замечаю выезд.
— Мысль — я мог бы повернуть на него, но я не сделал этого. (Побудите пострадавшего сделать этот поворот или воспользоваться этим выездом. Это поможет ему реорганизовать переживание и высвободить травму, даже если аварии произошла на самом деле).
— Дайте время для совершения телесной разрядки.


После события:

А теперь перейдите к деталям того, что произошло после самого события.
— Образ или Воспоминание — я нахожусь в реанимации. Доктора говорят обо мне: «У парня неприятности — не повезло, бедняге».
— Чувство — я чувствую себя виноватым.
— Мысль — если бы я был внимателен, я мог бы всего это го избежать.
— Если пострадавший становится активированным, вернитесь к настоящему, фокусируя внимание на телесных ощущениях до тех пор, пока энергия не разрядится.

После того, как это произойдёт, вы можете мягко вернуть их назад, к подробностям того, что произошло. Как я уже упоминал ранее, после того, как произойдёт дрожь и разрядка, у пострадавшего появится ощущение облегчения, тепла в конечностях и способность дышать глубже и полнее.


Непосредственно перед событием:

Как только вы успешно пройдёте все детали происходящего до и после события, перейдите к
— чувствам,
— ощущениям и
— образам, относящимся к первому осознанию надвигающейся опасности.

Это может выглядеть примерно так:

— Образ — я помню, как жёлтое крыло автомобиля при двинулось очень близко к моей машине слева; я также вижу, что там был знак остановки, но машина не остановилась.

— Чувство — я был зол на то, что водитель не обратил на это внимание.

— Ощущение — я чувствовал, как моя спина напряглась, когда я вцепился в руль.

— Мысль — могло быть внезапное осознание того, что: «О, Боже, это сейчас произойдёт... Я умру!»

Возможно, вы заметите, что после завершения разрядки образы события могут измениться.


Фаза 4: Переживание момента столкновения


Кода пострадавшие снова подходят к моменту столкновения, они могут слышать звон разбитого стекла, лязг металла или видеть, как их тела скручивает или выбрасывает. Исследуйте всё, что здесь переживается, посредством телесно ощущаемого чувствования.

По мере того, как возникают реакции, тело может начать спонтанно двигаться (как правило, незначительно). Дайте пятнадцать-двадцать минут на то, чтобы эти движения завершились, способствуя разрядке энергии через фокусирование на ощущениях тела. После разрядки пострадавшие переживают ощущение облегчения, обычно сопровождающееся ощущением тепла в конечностях.

Пострадавшие могут чувствовать, как их тела стремительно движутся в двух направлениях, например: «Когда меня швырнуло на ветровое стекло, я почувствовал, как мышцы спины напряглись и потянули меня в противоположном направлении». Ободрите их, скажите, что с ними все в порядке, и йозвольте им медленно и последовательно пройти через свои движения. Некоторые пострадавшие могут сейчас заново пережить несколько более обостренных шоковых реакций, таких, как тряска и дрожь. Поддержите их и подтвердите, что они делают успехи.

Пострадавшие также могут ощущать то, что они полностью избегают переживания аварии. Или они могут прыгать между различными фазами, перечисленными здесь. Это нормально, до тех пор, пока они целиком и полностью не избегают определённых аспектов, в частности, момента столкновения.

Важно оставаться на этой фазе до тех пор, пока вы не сможете прийти к завершению в той точке, где пострадавшие испытают ощущение полного облегчения. Их дыхание станет легче, и сердцебиение станет более спокойным (Это кто-то всё время должен измерять ЧСС? — H.B.). На достижение этой цели может уйти больше часа времени. При необходимости вы можете возобновить процесс там, где он прервался, и продолжать его в течение двух или трёх дней. Это предпочтительнее, чем слишком сильное давление с целью завершить процесс за одну сессию. Возможно, вам понадобится несколько раз понемногу возвращать их к незавершённым областям, чтобы достичь полного завершения.

Окончание


После достижения момента, когда все фазы успешно завершены, вновь опишите всё переживание и просмотрите, нет ли активации. Если пострадавший чувствует дискомфорт, то, возможно, что-нибудь было упущено, или оно может быть разрешено во время этого финального просмотра всего процесса. Приостановите работу до тех пор, пока симптомы не продолжатся или не разовьются позже. Если так, просмотрите ещё раз любые необходимые шаги.

Также могут начать возникать чувства или воспоминания о других переживаниях. Если это произошло, вы можете начать тот же процесс, который мы только что прошли, чтобы справиться с другой неразрешённой или не родственной травмой. Однако этот процесс может проходить гораздо медленнее и в течение более долгого периода времени.

Если у кого-то проявляется склонность или тенденция к повторным авариям, это поможет предотвратить подобные инциденты в будущем, восстановив природную устойчивость человека и его способность ориентироваться и реагировать.


Сценарий исцеления, следующего за аварией


Я вёл машину, когда другой автомобиль, не обратив внимания на знак остановки, внезапно выскочил на дорогу с пересекающей её боковой улицы. Другой водитель не заметил меня вовремя и врезался в мою машину слева. Я тоже до последней минуты не видел его, и не мог ничего сделать, чтобы избежать аварии.

Я на мгновение замер, ошеломлённо продолжая сидеть в машине. Осознав, что я — в порядке, я вышел из машины, чтобы оценить повреждения. И хотя машина была довольно сильно помята, я не был слишком расстроен этим, потому что тот человек имел страховку, и полицейский рапорт покажет, что виноват был он. Я также отметил, что думаю о том, что в любом случае хотел перекрасить машину. Я чувствовал себя довольно хорошо, был почти в эйфории. Я был доволен тем, как быстро я перешёл от аварии к сложной деловой встрече, происшедшей позже в тот же день. Я был подготовлен к этой встрече и провел её довольно хорошо. На следующий день я начал чувствовать себя возбуждённым. Я чувствовал одеревенение в своей шее, правом плече и руке, которое удивило меня, так как удар пришёлся на левую сторону.

Вспоминая то, что произошло ранее в день аварии (периферия события), и, прорабатывая это событие со своим другом Томом, Джой (мы будем называть человека, с которым произошла авария, Джой) вспомнил, как он садился в машину, чтобы поехать на работу, и был зол на свою жену. В то время как он вспоминает это, он начинает осознавать, как его челюсть сжимается и дрожать. Его тело начинает трястись, и он чувствует, что оно выходит из-под контроля. Его друг Том уверяет его, что всё в порядке. Как только Джой перестает трястись и чувствует некоторое облегчение, они продолжают исследовать новые детали, предшествующие аварии.

Джой вспоминает, как выезжал задним ходом на дорогу, и повернул голову вправо, чтобы видеть, куда он едет. Он чувствует, как его руки поворачивают руль, и в то же время замечает, что из-за того, что он разозлился, он слишком сильно жмёт на газ. Его правая нога напрягается, когда он нажимает ею на тормоз, чтобы замедлить движение (он чувствует это действие в мускулах ног). Ободрённый своим другом Томом, Джой тратит время, чтобы почувствовать напряжение и расслабление, которые происходят в его правой ноге. Когда он перемещается от газа к тормозу и назад, он чувствует некоторое подрагивание в ногах.

Затем Джой вспоминает, как ехал вниз по улице и чувствовал, что хочет вернуться и поговорить с женой. Побуждаемый Томом, он представляет себе, что разворачивается, чтобы поехать назад, и чувствует боль в правой руке, которая усиливается. По мере того, как они фокусируются на этом ощущении, боль начинает утихать. Они фокусируются на желании Джоя развернуться. На этот раз Джой оказывается в состоянии завершить разворот и в своём теле, и психике, и представляет себе возвращение домой, чтобы разрешить всё со своей женой. Он говорит, что чувствовал себя обиженным на вечеринке прошлым вечером, потому что ему казалось, что она игнорирует его. Она говорит ему, что просто хотела почувствовать, что может общаться и перемещаться без того, чтобы зависеть от него. Она объясняет, что в этом не было ничего личного, и что ей вполне нравятся их отношения. Джой чувствует облегчение и у него появляется ощущение, что он пришел к более глубокому пониманию своей жены и благодарности ей. Он также задумывается о том, заметил бы он приближающийся автомобиль, если бы разрешил все вопросы с женой до того, как сел в машину. В этот момент Джой чувствует облегчение. Он ощущает некоторую свою вину за случившееся, не смотря на то, что вина в нём другого человека очевидна, так как тот не подчинился знаку «Стоп».

После этого Том просит Джоя описать детали дороги прямо перед тем, как он попал в аварию, несмотря на то, что Джой заявляет, что не помнит, что произошло. Когда Джой начинает описывать то, что он смог вспомнить, он чувствует, как его плечи напряглись и поднялись. У него появляется ощущение, что его тело тянет вправо, и за этим следует образ мелькающей тени. Том просит своего друга посмотреть на тень, и когда он это делает, Джой начинает видеть жёлтый цвет машины (реакция ориентировки). По мере того, как Джой пытается добавить больше деталей в этот образ, он осознаёт, что он видел переднее крыло, а затем — лицо водителя через ветровое стекло. Посмотрев на его лицо, Джой может утверждать, что этот человек даже не подозревает о том, что он только что проехал знак остановки — он, похоже, целиком погружен в свои мысли. Том спрашивает Джоя, что он чувствует, и Джой отвечает, что он сильно зол на этого парня и хочет его уничтожить. Том побуждает Джоя представить себе, как он разрушает ту машину. Джой воображает, что он берёт большой молоток и разбивает ту машину вдребезги. Теперь он переживает усиленную активацию (большую, чем была у него до этого). Его руки дрожат и трясутся, и они похолодели. Том использует смягчающие слова, чтобы поддержать Джоя, пока происходит процесс высвобождения энергии. Некоторое время спустя Джой чувствует, как его дыхание становится управляемым, напряжение в его плечах и челюстях спадает и дрожание успокаивается. Теперь у него появляется ощущение облегчения и тепла в его руках. Он чувствует себя расслабленным и в то же время бдительным.

Сейчас Джой замечает, как его плечи поднимаются и наклоняются влево. Он осознаёт, что его рука хочет повернуть руль вправо в тот же миг, как он слышит грохот и звук сгибающегося металла. Том просит Джоя пока не обращать внимания на грохот, а сфокусировать внимание на ощущении и завершить поворот направо. Джой делает поворот своим телом и «избегает» аварии. У него снова появляется лёгкая дрожь, которая быстро сменяется огромным облегчением — не смотря на то, что он знает, что авария действительно произошла.

Том просит Джоя вернуться к моменту, когда он впервые увидел жёлтое крыло автомобиля и человека сквозь ветровое стекло. Оттуда они проходят к моменту, когда он слышит первый лязг металла. Когда он подходит к этим образам, Джой чувствует, как его тело бросает влево, в то время как оно тянется назад, в противоположном направлении. Он чувствует себя так, как будто его толкает вперёд, а мускулы его спины пытаются, хоть и безуспешно, притянуть его назад. Том побуждает Джоя продолжать чувствовать мускулы его спины. Джой переживает возросшее напряжение, когда концентрируется на своих мускулах. Затем он переживает лёгкое чувство паники. В этот момент спинные мускулы Джоя расслабляются, и он покрывается потом. Несколько минут он сильно трясётся и дрожит. Когда это заканчивается, Джой обнаруживает, что чувствует себя умиротворённым и в безопасности.

Джой знает, что авария была. Он знает, что пытался избежать её. Он знает, что хотел вернуться назад и поговорить со своей женой. Каждое из этих переживаний в равной степени реально для него. Они не выглядят так, как будто бы одно из них реально, а другое — выдумано; они кажутся различными исходами одного и того же события, которые в равной степени реальны.

Спустя несколько дней после высвобождения энергии, хранившейся в травме, симптомы в правой руке и спине Джоя значительно рассеялись. Важно отдавать себе отчёт в том, что боль, которую он испытывал, имела отношение к тем импульсам, которые не были завершены.

— Первый импульс был повернуть руль вправо и вернуться, чтобы поговорить с женой.
— Второй импульс состоял в том, чтобы повернуть вправо, чтобы избежать аварии.
— Третьим были мускулы его спины, которые пытались притянуть его назад.

Побуждаемый завершить каждое из этих действий, Джой смог высвободить скрытую накопленную энергию, связанную с этими импульсами, несмотря на то, что это произошло после самого события.

Мы видим, что этот процесс предоставляет путь, который позволяет реакциям завершиться и образам стать более связанными (ассоциированными). Образы, которые являются более сжатыми, становятся расширенными, в то время как накопленная энергия высвобождается через постепенную разрядку и завершение — последовательно, шаг за шагом.

Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/271985.html
Назад: http://healthy-back.livejournal.com/271468.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/268264.html#cont
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments