Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Category:

Асклепий Хворый. Как бороться с врачами. В помощь практикующему больному

В книге нетрадиционно и популярно изложены причины перманентного кризиса в мировой медицине и здравоохранении. Представлена ситуация в странах СНГ. Рассмотрены, порой с юмором, проблемы оптимального выбора врача больным с последующим контролем последним процесса лечения вместе с медиком и множество других проблем. Особая глава посвящена жертвам врачебных ошибок. Сделана попытка поставить самолечение на научную основу. В приложении приведены наиболее важные лабораторные клинические показатели.

Для широкого круга читателей.

Содержание


Глава 1. Как появилась эта книга http://healthy-back.livejournal.com/300487.html#001
Глава 2. Почему с врачами приходится бороться http://healthy-back.livejournal.com/300487.html#002
Клятва Гиппократа http://healthy-back.livejournal.com/300640.html
Факультетское обещание http://healthy-back.livejournal.com/300640.html#promise
Глава 3. Как мы боролись http://healthy-back.livejournal.com/300817.html#003
Глава 4. Этика больных и врачебная этика http://healthy-back.livejournal.com/300817.html#004
Глава 5. Причины болезни http://healthy-back.livejournal.com/301683.html#005
Глава 6. Куда пойти лечиться? http://healthy-back.livejournal.com/302015.html#006
Глава 7. Страшная страховая медицина http://healthy-back.livejournal.com/302015.html#007
Глава 8. Варварология http://healthy-back.livejournal.com/302926.html#008
Глава 9. Идеальный врач, какой он? http://healthy-back.livejournal.com/303272.html#009
Глава 10. Вы идёте на приём... http://healthy-back.livejournal.com/303490.html
Глава 11. Если врач назначает анализы... http://healthy-back.livejournal.com/303490.html#011
Глава 12. Вам поставили диагноз... http://healthy-back.livejournal.com/303490.html#012
Глава 13. Вам назначили лечение... http://healthy-back.livejournal.com/303784.html#013
Глава 14. Помощницы варваров http://healthy-back.livejournal.com/303784.html#014
Глава 15. Если врачи вам навредили http://healthy-back.livejournal.com/304366.html
Глава 16. Основы самолечения http://healthy-back.livejournal.com/304470.html
Глава 17. Понемногу о разном http://healthy-back.livejournal.com/304734.html#017
Глава 18. Заключение http://healthy-back.livejournal.com/305083.html#018
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
ПРИЛОЖЕНИЕ


Глава 1. КАК ПОЯВИЛАСЬ ЭТА КНИГА


Здоровых людей не бывает — бывают недостаточно обследованные.

Да, господа, к сожалению все мы больны, или — выражаясь более оптимистично — не совсем здоровы, но не каждый осознаёт этот факт. «Ну и что, — скажете вы. — Не осознают люди этого и живут себе припеваючи в отличие от тех, кто знает и терзает себя мыслями о болезнях». Я тоже так думал до тех пор, пока не почувствовал себя так плохо, что пришлось обратиться к врачам.

Надо сказать, что и раньше к врачам я обращался неоднократно. Как и все вы, дорогие читатели, я болел детскими инфекциями, гриппом, простудой, лечил зубы у стоматолога, наконец. И всегда, всегда врачи помогали мне (или мне только казалось, что помогают?). Не сразу обратил я внимание на двойной смысл народной мудрости: «Леченный насморк проходит за неделю, а нелеченный за семь дней». Поэтому, до некоторой поры, я был о врачах самого хорошего мнения и был абсолютно уверен, что с предстоящим лечением, как и прежде, проблем не будет.

И действительно, первый же врач, к которому я попал, прописал мне таблетки и уверенно сказал, что после их приёма в течение недели я вылечусь. Меня немного смутило то, что врач разговаривал со мной, мягко говоря, не очень любезно, но я не придал этому значения. «В конце-концов, — подумал я, — люди бывают разные, да и настроение у человека может быть почему-то плохим».

Я приобрёл таблетки и уже собрался было выпить несколько, но в силу, наверное, природной любознательности решил сначала ознакомиться с прилагаемой к лекарству инструкцией. С немалым удивлением я узнал, что врач прописал мне удвоенную максимальную дозу, — дозу опасную для печени. «Да, с доктором мне не повезло», — подумал я и обратился к другому врачу — коллеге моего нелюбезного лекаря.

Первое впечатление от общения с новым доктором было приятным. Этот врач, прежде чем приступить к лечению, направил меня на анализ, пояснив, что ему нужно знать титры антител. Я довольно туманно представлял себе, что значит «титры антител», но подумал, что этот врач хорошо разбирается в медицине — не в пример первому.

Когда я предоставил доктору результаты анализа, он назначил мне совершенно другое лекарство. На мой естественный вопрос о том, почему он прописал мне не то лекарство, что его коллега, врач пояснил, что существуют различные методики лечения.

Вдохновлённый, я начал лечиться. После первых же принятых таблеток состояние моего здоровья стало заметно улучшаться. К концу курса «таблеткотерапии» я чувствовал себя полностью здоровым. Радость моя была велика, но, как оказалось, преждевременна. Через две недели после приёма последней таблетки я почувствовал, что болезнь возвращается.

В расстроенных чувствах я поведал об этом своему доктору. Его ответ меня несколько удивил. Он сказал: «Этого не может быть!» Более того, он допустил в мой адрес несколько бестактных высказываний, намекая на то, что я ипохондрик. Тем не менее, по моему настоянию, врач назначил контрольный анализ. Результата анализа пришлось ждать дольше двух недель. За это время состояние моё стало хуже, чем до лечения. Анализ показал, что все o'key. Я говорил врачу о своём ужасном самочувствии, но он только смеялся.

Пришлось мне обратиться к третьему врачу в той же поликлинике — последнему из работающих там инфекционистов. «Моя последняя надежда» после небольшой беседы и довольно поверхностного осмотра написал в своём заключении: «Признаков инфекционного заболевания не обнаружено. Астено-невротическое состояние».

К этому времени нервы у меня действительно были — благодаря врачам — изрядно расстроены. Но, поскольку я был уверен, что причина моего плохого самочувствия — хроническая инфекция, я обратился в другое лечебное заведение, правда, в отличие от первого, платное. Тамошний врач порекомендовал мне ещё раз сдать анализ на «титры антител», но не просто анализ, а «типоспецифический», т.е. с конкретизацией типа возбудителя инфекции.

Я с удивлением узнал, что бактерии, вызывающие заболевания под общим групповым названием, бывают разные. Что — в зависимости от типа бактерии — болезнь по-разному протекает и по-разному лечится. Проведённый анализ показал, что я по-прежнему болен, но самое главное — что меня лечили неправильно!

И тут я призадумался. Из всего происшедшего я узнал, что:
— есть врачи-хамы;
— есть врачи-отравители;
— есть врачи, неумеющие лечить;
— есть врачи даже не знающие о существовании болезни, которой я болен;
— врача не интересует мнение больного о болезни;
— есть лаборанты и лаборатории, неумеющие делать анализы или же просто фальсифицирующие их результаты;
— есть врачебная круговая порука.

Не слишком ли много для одного частного случая взаимоотношений больного с медициной? Неужели подобное происходит и с другими больными? И тут мне вспомнились все те рассказы о безобразиях в медицине и горе-врачах, которые я слышал от друзей, знакомых, от больных, жаждавших поделиться с кем-нибудь своим несчастьем в очереди на приём, которые изредка читал в газетах и которым раньше не придавал большого значения.

Вспомнился сразу и случай, происшедший со мной в 1981 году. В посёлке, где я тогда проживал, случилась эпидемия вирусного гепатита «А». Не обошла желтуха и меня — видимо инфекция распространялась через воду. С явными признаками гепатита я попал в руки врачей.

К моему удивлению, врачи стали пичкать меня какими-то таблетками, причём не сказали, что это за таблетки. Благо, тогда я уже знал, что против вируса гепатита нет лекарств, и единственным средством лечения является диета.

Окольным путём — через медсестру — я узнал, что мне дают левомицетин — токсичный для печени и почек антибиотик. На мой вопрос: «Зачем?» — медсестра пояснила, что врач предполагает у меня скарлатиноподобную лихорадку (СЛ) — заболевание, вызываемое бактерией. Я понял, что врачи просто не могут дифференцировать эти две болезни и прописали мне таблетки из соображения: «Если помогут — СЛ, не помогут — гепатит»!

Поскольку я был абсолютно уверен в том, что болен желтухой, я немедленно прекратил приём таблеток (успел принять только одну или две). Этим я, возможно, спас себя от серьёзных осложнений — болезнь протекала у меня в лёгкой форме.

Врачи, узнав, что я не принимаю таблеток, закатили было скандал и грозили выпиской за «нарушение лечебного режима», но вскоре были вынуждены согласиться с тем диагнозом, который я поставил себе сам.

Вспомнил я и парня лет девятнадцати-двадцати, который лежал в соседней палате с таким же гепатитом, но в тяжелейшем состоянии. Из разговоров с больными — соседями по палате — мне стало ясно, что применённый ко мне метод диагностики применялся врачами ко всем больным желтухой.

Вполне возможно, что этим эскулапы довели того парня (и доводили ещё многих) до полусмерти, а кого-то, вероятно, и до смерти.

Вспоминая всё это, я стал осознавать, что отдельные действия некоторых медиков можно без натяжки назвать преступными. Что с этим делать? Как исправить положение? Ведь страдают от медицины тысячи, нет — миллионы больных! Что я могу сделать один?

Здесь надо сказать, что мои похождения в «медицинском лесу» не закончились. То, что вы уже знаете, было только началом пути, но я не буду утомлять вас подробностями. Скажу только, что продолжение было ничуть не лучше начала.

По мере моего хождения «по врачам» я преследовал теперь уже две цели: во-первых, вылечиться, а во-вторых, изучить глубже их «повадки» и порядки, царящие в «храмах» медицины. То, что мне удавалось наблюдать, заставляло всё чаще задумываться о том, что рядовой больной может противопоставить тем или иным медицинским козням. И должен сказать, что у меня были находки, которые я удачно испытывал на практике, т.е. при общении с врачами. Постепенно приобретая некоторые знания и опыт, я всё чаще думал, что будет очень жаль, если они останутся только моим личным достоянием.

Однажды мне в руки совершенно случайно попал медицинский учебник, где, в частности, излагались некоторые правила взаимоотношений врача с пациентом. Одна из рекомендаций врачу просто шокировала меня: «Не допускать навязывания вам пациентом своего мнения». Я тут же вспомнил, что врачи всегда воспринимали простое высказывание мною своего мнения чуть ли не как личное оскорбление. Они все считают, что обладают монополией на правоту. Но ведь это очень опасно! И тому в истории масса подтверждений.

Не в этом ли кроется корень зла? И потом, почему у врачей есть тысячи учебников, в которых, наряду со знаниями о болезнях, излагаются правила общения врача с больными, а мы, больные, веками пользуемся в этом общении только своей интуицией? Кто поможет больному в разрешении многих вопросов, возникающих после посещения эскулапов? Они же сами и помогут? Далеко не всегда...

Книга — вот что я должен сделать! Больным тоже нужен учебник!

Нельзя сказать, что для больных не написано книг — их тысячи. Но написаны они либо людьми полностью разочаровавшимися в официальной медицине и обучают больных самолечению народными средствами, т.е. отвращают от врачей, либо дают лечебно-профилактические рекомендации по некоторым болезням и написаны самими врачами, которые уже в силу своей профессиональной заангажированности старательно обходят многие, возникающие у больных вопросы, и часто не в состоянии взглянуть на проблемы со стороны, глазами больного.

Я же уверен, что у врачей лечиться можно и нужно, но для успеха здесь необходимы определённые знания. В популярной периодической печати иногда поднимаются отдельные вопросы взаимоотношений больных с медициной и даются полезные советы. Но в целом эти несомненно ценные материалы не могут полностью удовлетворить потребности больного из-за фрагментарности, а иногда предвзятости и поверхностности. Некоторые же авторы порой сознательно вводят читателей в заблуждение в важнейших вопросах. Встречались мне и добросовестные работы, с авторами которых я во многом не могу согласиться.

Пишут и журналисты, и врачи, и пострадавшие от врачей об имеющихся в медицине «отдельных недостатках». Но я ещё не встречал в популярных изданиях попыток раскрытия глубинных причин имеющего место общего кризиса медицины и здравоохранения.

И вот «в один прекрасный день» я стал записывать свои мысли, наблюдения и полученные из различных источников факты. Со временем их накопилось достаточно для книги. Помня народную мудрость, что «умному совет не нужен, а дураку не поможет», но, с другой стороны, зная также, что «кто предупрежден — тот вооружён», я старался, чтобы излагаемый материал, большей частью, не был сборником готовых советов, а давал знания, позволяющие больным самостоятельно принимать правильные решения.

Зная, что «замахнулся» на серьёзное дело, я решил подойти к нему серьёзно и попытался охватить как можно больше возникающих у больных при общении с медициной вопросов.

Предвижу возможные возражения, прежде всего со стороны врачей. «Не в своё, мол, дело лезете, господин Хворый. Вы не учились медицинским наукам и, следовательно, все рассуждения ваши совершенно дилетантские. Врачи лучше разбираются в своих проблемах».

Позвольте на это возразить: вы лечите нас, больных, веками. И что же? За это время всё ещё не разобрались в проблемах ваших и, я уверен, не разберётесь без вмешательства больных. Или «недостатки в работе» появились у вас вчера? Так нет же. Просто каждое новое поколение людей не знает о том, что до него вытворяла с больными медицина. Ведь негативные факты либо полностью скрывались, либо забывались со временем. Обычно такая информация изначально была доступна только врачам.

Что же касается дилетантства, то позвольте напомнить два, пускай и «затасканных», но от этого не менее замечательных и актуальных высказывания. Первое принадлежит Б. Шоу: «Я прожил долгую жизнь и не снёс ни одного яйца, но это не значит, что я не могу судить о качестве яичницы». Второе — К. Пруткову: «Специалист подобен флюсу — полнота его односторонняя». Могу добавить к этому и от себя: «Чтоб хорошо разбираться в футболе, не обязательно бегать по полю».

Я искренне надеюсь, что сведения, почерпнутые в книге, помогут читателю, во-первых, избрать самый рациональный путь лечения, а значит сохранить, или даже улучшить свое драгоценное здоровье. Во-вторых, сберечь нервы (а это, опять же, путь к здоровью). В-третьих, не выбрасывать деньги на ветер — на неправильное лечение, а потратить их на действительное оздоровление и отдых.

И последнее: книга может быть полезной, если вы хотите разобраться в коренных причинах столь плачевного состояния медицины и навсегда снять с глаз те розовые очки, которые медики упорно цепляют на глаза не только больным, но и себе. А кто-то, возможно, изменит свой взгляд и на вещи, никак с медициной не связанные.

Я думаю также, что пособие принесёт неоценимую пользу и вам, медики. Во-первых, вы увидите себя глазами больных, что позволит скорректировать ваши отношения с нами. Во-вторых, вы поймёте, над чем вам надо работать (если вы действительно хотите совершенствоваться). В-третьих, вы — каким бы это ни показалось для вас оскорблением — тоже больные, а потому всё, что я адресовал выше больным, в полной мере относится и к медикам.

Врачи! Поверьте, я вас уважаю — так же, как и всех прочих больных. Я вдвойне уважаю хороших врачей. Такие врачи редко, но встречались в моей жизни. Поэтому давайте договоримся — без обид.

Книга, несомненно, будет полезна и тем, кто только собирается стать врачом. Вы либо укрепитесь в выборе профессии, либо... Решать вам. Я уверен, что вы уже поняли: эта книга для всех!

Мною не преследовалась цель поссорить больных и врачей — наоборот. Мы, больные, к врачам, как говорится, со всей душой, но только если они первыми не отворачиваются от нас. Я подчеркиваю, что не хочу напугать кого-то и удержать от лечения у медиков. Напугать больных сильнее, чем это делают врачи, невозможно, а лечиться у них нам все равно придется. В непредвзятости же отношения автора к врачам читатель, надеюсь, убедится.

Я знаю, что врачи пытаются рассматривать медицинские недостатки через научную призму и что соответствующие работы публиковались медиками в специальной литературе. Широкому кругу читателей они неизвестны. Моё же неведение, как мне представляется, имело некий позитивный момент, а именно: давало свободу от стереотипов и свежесть взгляда. Сопоставив свои дилетантские рассуждения и выводы с тем, что пишут «для себя» о своих проблемах врачи, я укрепился в таком мнении.

Фактический материал пособия основан на моём большом личном опыте лечения у разных врачей, опыте многих больных, которым я очень благодарен за предоставленную информацию, сведениях, полученных из специальной, в том числе медицинской литературы, периодической печати, теле и радиопередач.

Анализ же и выводы базируются только на фактах и общепризнанных научных теориях.

Излагать полностью содержание этих теорий не позволяют ни объём книги, ни её задачи, но вы всегда можете ознакомиться с ними в специальной литературе и убедиться в их верности. Если же вам, уважаемый читатель, покажется что-то в этом пособии уж слишком некорректным, скорее всего вы врач и случай ваш тяжёлый. Тогда у вас есть две возможности. Первая — обратиться к психиатру; вторая — проверить на разбросанных по тексту старых и новых анекдотах — не пропало ли у вас чувство юмора.

А вообще-то анекдоты приведены как для иллюстрации фактов, так и для хотя бы частичной компенсации той грусти, которую могут вызвать у читателя новые знания.


Глава 2. ПОЧЕМУ С ВРАЧАМИ ПРИХОДИТСЯ БОРОТЬСЯ


В медицине всё не так плохо, как кажется, а гораздо хуже. Общаясь с врачами и изучая медицинскую литературу, я понял, что глубочайший кризис имел место в здравоохранении и медицине всегда и везде. Вы тоже сможете в этом убедиться. Не странно ли, что нет в мире страны (и это признают сами врачи), народ которой был бы доволен своей медициной? Конечно же, в экономически развитых странах здравоохранение лучше, чем в отсталых, по чисто материальным причинам. Однако и там углубляется кризис, но не в сфере экономики, а в собственно медицинской и в сфере общественных отношений в области здравоохранения.

Сменялись общественно-экономические формации, но прогресс почти не затронул взаимоотношений больного и врача — со времен Гиппократа ничего принципиально не изменилось в «способе производства» здоровья, т.е. в подходе к лечению больных. К тому же, медицинские основы, заложенные ещё в древности, оказались далеко не так хороши, как представляли нам врачи. В этом вы также ещё не раз убедитесь.

Средний уровень образованности и эрудиции населения, развитие общественного самосознания и средств массовой информации во многих странах достигли того уровня, при котором врачам всё труднее становится диктовать обществу свои условия. Многое из того, что всем больным ещё вчера казалось в медицине совершенно нормальным, сегодня вызывает осознанный протест, ибо противоречит не только принципам демократии, но, подчас, и просто здравому смыслу. Поэтому вполне уместно говорить о том, что сложилась крайне напряжённая ситуация в отношениях общества и медицины или, говоря точнее, врачей и больных. Ибо врачи являются главными носителями не только клинических медицинских знаний, но и профессиональной этики.

Учитывая это, а также и то, что врачи — главные фигуры, с которыми общаются больные в процессе лечения, думаю будет вполне оправдано, что в этой книге мы уделим им основное внимание.

Давайте сразу точно определимся с предметом нашего разговора. Мы будем говорить только о врачах-клиницистах, т.е. о тех, кто непосредственно занимается диагностикой, лечением, и о тех, кто руководит этими процессами. Именно их мы будем называть словом «врач». Я не отношу к категории врачей микробиологов, биохимиков, биофизиков, физиологов, фармацевтов и прочих работников смежных специальностей. Такое деление отнюдь не произвольно. Врачи-клиницисты сами дифференцируют себя от них, т.к. характер их работы сильно отличается.

Для начала попытаемся разобраться в том, что думают о себе и кем считают себя и нас, больных, врачи, что думают о них больные, кто такие врачи на самом деле, и почему, наконец, с ними надо бороться. Для этого нам просто необходим небольшой исторический экскурс.

Итак, с того исторического момента, когда впервые один человек вытащил занозу у другого, прошли тысячи лет. Не исключено, что первый случай оказания врачебной помощи выглядел иначе.

Возможно, это было вправление вывиха ноги или удаление соринки из глаза соплеменника. Всё это не важно. Я осмелюсь утверждать, что именно с этого момента род Homo sapiens разделился на два лагеря — больных и врачей. И это, несомненно, одно из важнейших событий в человеческой истории, ставшее прологом необъявленной и продолжающейся в наши дни войны, — войны, в которой нет победителей, но есть побеждённые, — войны, в которой только одна из сторон несёт огромные моральные, материальные и людские потери. Доказательства? Их множество, и вы их получите. Но немного терпения...

Как вы понимаете, больные существовали всегда, т.е. со времён изгнания из Рая, и лечили они себя поначалу, надо полагать, сами. Врачи же появились намного позже (всем известно, что не их профессия считается древнейшей) и, следовательно, уже поэтому должны бы относится к первым с определённым почтением.

Возможно, поначалу так оно и было, но что говорит нам, больным, личный опыт? Он, к сожалению, говорит об обратном, и виноваты в этом, отчасти, мы сами. Конечно же, Первый Больной рассказал соплеменникам, что в племени появился умелец, хорошо вытаскивающий занозы, вправляющей вывихи и т.п. Когда умелец сей неоднократно продемонстрировал своё искусство и получил в награду несколько кусков плохо прожаренного мамонта, он возгордился. Он решил, что богами ему предназначена особая, великая роль. А т.к. был он вообще-то по природе своей довольно ленив и мамонтятинку жареную любил, он быстро смекнул, что заниматься лечением куда легче и безопаснее, чем загонять мамонта в западню.

И вот умелец этот стал всячески навязывать соплеменникам мысль о своей исключительности. Он убеждал всех, что только ему богами предназначено лечить болезни. Сначала ему не очень-то верили и даже, подсмеиваясь, обозвали его за явное враньё врачом. Но врач очень скоро перестал ходить на охоту, ссылаясь на свою занятость общением с высшими силами, и стал требовать мамонтятину уже только за это, то есть ни за что. При этом он не гнушался и медвежатины, и свинины, да и рыбку очень любил.

Своё искусство врач постоянно совершенствовал и расширял. Теперь он не только лечил, но и заклинал богов на удачную охоту, очень точно предсказывал судьбу, отлично зная, что каждый мужчина рано или поздно погибнет, загоняя зверя в западню или в стычке с соседним племенем, а привлекательная женщина когда-нибудь станет чьей-то женой. Делал он и многое другое, столь же «полезное» для племени. И за это, естественно, много брал. Врач стал жрецом. Я думаю, совершенно очевидно, что соплеменники прозвали его так за обжорство (да простят меня лингвисты) (Такое пиздоболство а-ля Задорнов не способствует серьёзному восприятию текста — H.B.), ибо — за отсутствием в ту древнюю пору денег — подносили жрецу, главным образом, еду.

Надо, однако, сказать, что со временем, на почве возвеличения врачей и самоуничижения больных, последние заменили насмешливое «жрец» на уважительное «доктор», — на слово, под которым подразумевается высокая степень учёности. Слово это почти вытеснило из обихода изначальное «врач». И это не случайно, ибо за туманом псевдоучености больные разучились замечать банальное враньё, да и врачам больше ласкает слух «доктор». «В благодарность» за уважение врачи нарекли больных «пациентами», т.е., в переводе с латыни, терпеливыми, покорными, позволяющими.

Наверное за то, что мы терпим все их выходки, поборы и позволяем безнаказанно издеваться над собой.

Между прочим, в «живых предках» латыни — итальянском и английском языках — за словом «пациент» сохранилось прежнее значение. (Это латынь — предок итальянского и английского, а не наоборот — H.B.)

Минули тысячи лет с того дня, когда трещина прошла между врачом-жрецом и соплеменниками. С течением времени она превратилась в глубокую пропасть. И сегодня в общественном сознании стало аксиомой мнение, что есть мы, больные, со своими низменными, грязными, заразными, бактериальными, вирусными и проч. и проч. болезнями и они, врачи, умудрённые многовековым опытом, обладающие великими научными знаниями, со своими белыми халатами, непонятными простым смертным терминами, толстыми научными книгами и журналами, заумными приборами, персональными кабинетами и т.д. и т.п.

Не пора ли развеять этот миф? Не пора ли нам, больным, т.е. большей (к счастью) половине человечества, не относящей себя к медицинскому персоналу, несколько иначе посмотреть на врачей, а врачам на тех, кого они презрительно нарекли «пациентами»? Я уверен, что человечество достаточно натерпелось от врачей и на поставленный выше вопрос мы должны ответить: «Да! Да!» И ещё раз: «Да!»

Социальной психологии давно известно, что для возвеличения какого-либо исторического события или личности вокруг них часто создаются легенды. Ведь чем легендарнее событие или личность, тем выше в глазах окружающих выглядят причастные к этому событию или приближённые к личности. Это следствие так называемого «эффекта ореола».

Вспомните — если вы, конечно, успели побывать пионером и комсомольцем в СССР — «он видел Ленина». Да, такие люди, часто ничего особенного из себя не представляя, несли на себе — каким это теперь ни кажется странным — некий отблеск от чужой славы. Это свойство общественного сознания было подмечено многими писателями. Помните хлестаковское «с Пушкиным на дружеской ноге»? А «сыновей» лейтенанта Шмидта?

Вы, — врач вы или нет — несомненно, слышали имена медицинских корифеев. Да, все мы знаем, что от Эскулапа (Асклепия) ведут свою «родословную» нынешние эскулапы, что Гиппократ считается «отцом» современной медицины. Каждый мало-мальски грамотный человек слышал имена Гален, Авиценна, Парацельс... Список можно продолжить. Эти врачи жили достаточно давно, чтобы их имена успели обрасти множеством легенд. Что там правда? Что вымысел? «Темны преданья старины глубокой...» Но мы всё же попытаемся в этом разобраться. В свете ореола названных титанов их современные последователи выглядят ослепительно мудрыми, а мы, больные, не причастные к великим учениям, выглядим в том, что касается медицины, просто, извините, — дураками. Даже в своих глазах, не говоря уже о глазах «продолжателей»...

Итак, что мы, рядовые больные, знаем, например, про Авиценну? Мы точно знаем, что жил и работал он где-то на Востоке, что был великим врачом — почти волшебником, — что написал множество трудов с изложением всех своих знаний. Знаем, что очень он почитаем в медицинских и философских кругах. Что ещё? Мало кто скажет больше, разве что историк. Даже врач, я уверен, немного добавит к вышесказанному. А кто из вас, уважаемые господа, читал его труды? Я предвижу ответ... И слава Богу! Ибо в период с 1012 по 1024 годы написал Абу Али ибн Сино — а именно так правильно звучит, как выясняется, его имя (Сино, а не Сина) — около 5000 страниц в сегодняшнем, разумеется, измерении. Читать всё это современному человеку, поверьте мне, было бы очень утомительно, если он, конечно, не историк медицины. Я тоже, признаюсь, не стал читать всего, а ограничился небольшим обзором.

Какие же знания я почерпнул из собрания сочинений корифея? Я узнал, что слизь — это незрелая кровь, которая когда-нибудь становится кровью; что волосы человека состоят из «дымного пара» — субстанции мало пригодной для еды, что, поэтому, нет в мире животных, которые питались бы волосами — за исключением, возможно, летучих мышей; что боль возникает у человека «от прерывания непрерывности». В последнем утверждении, кстати, автор ссылается на Галена.

Узнал я много и другого, поверьте, столь же «полезного». Подобные приведенным «факты» составляют большую часть трудов. Учитывая такие «знания» наряду с тем, что в лечении Авиценна широко практиковал заклинания, можно уверенно констатировать, что, с точки зрения представлений современной медицины, значительная часть врачебной практики корифея — обычное шарлатанство.

Случаи же успешного лечения скорее всего следует отнести на счёт самовнушения (Не самовнушения, а самоизлечения — H.B.). Вполне возможно, что ибн Сино обладал зачатками гипноза, что усиливало психологическое воздействие (В этом нет ничего плохого — H.B.).

Прочитал я и воистину гениальные для того времени сведения, например, по анатомии, по способам очищения воды фильтрацией и перегонкой, по антисептике ран вином. Хотя, опять же, сейчас трудно судить о первенстве автора в этих открытиях и изобретениях.

Возможно, не так уж и неправ был Парацельс, почитаемый в медицине, кстати, не меньше Авиценны, когда, разорвав труды Галена и Авиценны перед своими учениками, заявил, что шнурки его ботинок знают больше, чем «эти старые маразматики». Кстати, тот же Парацельс рекомендовал гриб-мухомор в качестве профилактического (!) средства от чахотки и диабета, а лечить все заболевания пытался серой и ртутью (Эта практика была широко распространена каких-то 80 лет назад. Счастливчиками были те, кому удавалось НЕ попасть в лапы к врачам — H.B.). Сегодня же каждый школьник знает, что ртуть чрезвычайно ядовита. Недалеко ушёл Парацельс, как видно, от Авиценны в своих познаниях. Но какое самомнение!

Что ещё поражает в книгах ибн Сино, так это то, что он смело берется объяснять любой факт — будь он медицинский или из области естествознания. Много в его трудах философских рассуждений.

Часто он ссылается на работы Галена, иногда критикует его. При этом, отвергая положения Галена, заменяет их своими — ничем не лучшими, т.е. одну чушь — другой. Какие выводы можно сделать из всего этого?

Во-первых, величие Авиценны, на мой взгляд, прежде всего состоит в преданности идее и искреннем желании передать ученикам свои знания, в том, что он сумел оставить нам такой исторический памятник, свидетельствующий, кроме всего прочего, и о скудности познаний древних врачей.

Во-вторых, он явно постарался над созданием собственного ореола славы. Для современников он был эдаким учёным-всезнайкой. Там, где он честно должен был сказать: «Я не знаю», — говорил: «Знаю», — то есть, попросту говоря, врал.

Эта «маленькая шалость», как вы понимаете, у врачей уже в традиции. И причиной тому, конечно же, отнюдь не стремление вселять в пациента уверенность в силу лекаря. Ведь научные труды по медицине всегда писались исключительно для врачей.

В-третьих, написать за 13 лет — во времена, когда не было электричества, а бумага, свечи и лампадное масло были весьма дороги — 5000 страниц, конечно же, великий подвиг, отнявший у автора уйму времени и сил. Но, с другой стороны, сам собой напрашивается вопрос: «А когда же он лечил?» Скорее всего с лампадным маслом и бумагой у автора проблем не было, т.к., будучи везирем (министром) правителя Хамадана, он ни в чём не нуждался, в том числе и в писцах. Но, как известно, у везиря множество государственных дел и заниматься широкой практикой в этот период он едва ли мог.

Врачебный стаж, до того как приступил к написанию трактата, Авиценна имел не такой уж и большой — никак не более 15 лет. Может другие лечили не хуже и больше, а писать просто не успевали? Ведь, в конечном счете, история доносит до нас имена тех, кто сильнее «наследил», а не тех, кто лучше.

Как используют труды ибн Сино его последователи? Ведь ясно, что включать их в современные медицинские программы обучения бессмысленно. Ответ прост — никак! Труды Авиценны изучались врачами вплоть до второй половины XVII века — наравне с трудами Галена — как основное руководство по медицине. Это наглядно свидетельствует о почти семивековом периоде догматизма и стагнации во врачебном деле. Когда же ошибочность древних знаний стала всем очевидна, медики очень быстро забыли даже правильное произношение имени автора, не говоря уже о самом учении. Но врачи давно и успешно используют имя Авиценна, как осеняющее их знамя. То же самое можно сказать и о многих других именах медицинских корифеев.

Возможно, подумаете вы, дело здесь вовсе не в знаниях, которых, как мы убедились, у великих было не так уж и много, а в том, что современные лекари столь же беззаветно преданы своей профессии и самоотвержены в борьбе с болезнями как, скажем, героические российские врачи Г.Н. Минх и О.О. Мочутковский, привившие себе с научными целями возвратный тиф. Или как тот же Парацельс, бесстрашно бросавшийся в очаги, где свирепствовала чума и знавший, что рискует заразиться.

Да, вы правы, врачи хотят казаться не только мудрыми, но и героями. И тому есть причины, о которых мы поговорим особо, в других главах. Все мы, буквально с детства, находим в художественной литературе всегда положительный, а часто и героический образ врача. Над созданием такого образа в наших умах очень постарались Л. Толстой, А. Чехов, М. Булгаков, К. Дойл, А Кронин, С. Моэм, Г. Флобер и многие-многие другие писатели. Не мудрено... Ведь некоторые из них сами были врачами, а те, кто не был, тоже наивно полагали, что все врачи — герои.

Например, у врача-писателя А.П. Чехова читаем: «Профессия врача — это подвиг, она требует самоотвержения, чистоты души и чистоты помыслов». Из этого мнения — с которым я отчасти согласен — однако же совсем не следует, что всякий врач обладает перечисленными качествами и является героем. Это можно понимать только как характеристику идеального врача — то, к чему должен стремиться каждый врач. Любая профессия, сама по себе, никак не может быть подвигом. Но почти в каждой профессии есть место для подвига. На практике же подобные высказывания трактуются врачами и навязываются обществу в совершенно ином ключе, а именно, — что все врачи совершают подвиг, а значит — герои. И даже больше, чем герои!

В российской телепрограмме «Первые лица» её ведущая Э. Николаева задала ведущей другой популярной программы «Здоровье», Е. Малышевой — врачу по профессии, — вопрос: «Считаете ли вы, что хорошие врачи — святые?» «Да», — уверенно ответила Е. Малышева. На вопрос же: «Хороший ли вы врач?» — последовал ответ: «Да, и святая. Хи-хи-хи». Хихиканье, конечно же, надо отнести на счёт обычного женского кокетства. Но что касается самих ответов, то они, несомненно, отражают бытующие во врачебной среде представления. Я не знаю, как других телезрителей, но меня они совсем не развеселили.

Во второй половине XIX века в Европе, в том числе и в Российской империи появилось множество врачебных обществ, взявших себе девиз: «Светя другим, сгораю сам». Как видите, уже тогда излишней скромностью врачи не страдали и тягу к пышной фразе имели большую. Думаю, что подавляющее большинство врачей этих обществ не «сгорело» на работе.

Впрочем, врачам было с кого брать пример. Ведь это их кумиру Гиппократу принадлежат слова: «Врач-философ равен Богу».

Но если врачи действительно герои и святые, то почему, скажите на милость, они так усердно прячут от нас, больных, да и от себя, клятву Гиппократа? Не потому ли, что им просто было бы стыдно перед больными за то, что столь велико расхождение между тем, в чём они клялись, и тем, что делают?

Что я имею в виду, говоря «прячут»? А то, что ни в одном лечебном заведении — а я посетил их немало — не видел я текста этой клятвы, пускай даже не на самом видном — как подобает клятве, — а в укромном месте.

Нет, в одном всё ж таки видел. Какая-то фармацевтическая компания поместила в небольшом проспекте рекламу лекарства вместе с текстом клятвы Гиппократа. Видимо менеджеры компании думали, что делают удачный рекламный ход. Находился же проспект на посту медсестры.

В то же время «Военную присягу» — клятву военнослужащего — в любой воинской части можно увидеть во многих местах. Случайно ли это? Я уверен — закономерно. Врачи не хотят, чтобы больные слышали клятву Гиппократа или видели её текст. Принимают они её в своём, узком кругу.

Больные же знают только то, что врачи давали «какую то великую клятву», и это должно» вселять в каждого больного почтение к врачу, как и в случае с эксплуатацией великих имён. Прежде чем судить о величии клятвы, давайте прочитаем её текст.

Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/300640.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/300487.html#cont
Tags: Книги, Культура
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments