Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Categories:

Станислав Гроф. Величайшее путешествие: сознание и тайна смерти

Назад: http://healthy-back.livejournal.com/348149.html
Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/363462.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/346741.html#cont

Для современных людей холотропные состояния сознания служат средством доступа к широкому спектру мифологического опыта из разных культур мира. Исторически, это новое явление, которое заслуживает особого внимания. Все древние и туземные культуры использовали в своих ритуалах и священных практиках мощные процедуры и средства для расширения сознания («священные техники»), включая психоделические растения. Тем не менее, люди, жившие в этих обществах, с достаточным постоянством переживали архетипические фигуры и мотивы, характерные для своих культур. В ином случае не могли бы существовать обособленные и легко узнаваемые мифологии. Хотя определённые универсальные архетипы, безусловно, разделяются многими культурами, их конкретные выражения носят культурно-зависимый характер. Так, мы не находим изображений Дхьяни Будд из Тибетской книги мёртвых на погребальной керамике древний майя, равно как и скульптур распятого Христа в древних индуистских храмах.

Эта новая способность человеческой психики (или свойство коллективного бессознательного) тесно связана с всемирными культурными и технологическими достижениями в последних столетий. Вплоть до конца XV в. европейцы, как правило, не были осведомлены о Новом Свете, а коренные американцы, точно так же, ничего не знали о Европе и её обитателях. До вторжения Китая в 1949 г., Тибет был относительно изолированным, и почти не имел связей с остальным миром. Лишь немногие исключительные личности, такие как Александра Дэвид-Нэйл и Лама Говинда, выполняли функции культурных посредников. В первые десятилетия XX в., на нашей планете оставались области, ещё не открытее жителями Запада.

Эта ситуация быстро менялась, по мере того, как реактивная авиация, телефон, радио, телевидение, а в самое последнее время – Интернет, превращали планету в «глобальную деревню». Впервые в истории, нам доступны переводы духовных писаний, записи ритуальной и духовной музыки всех времён и стран, а также посещения учителей всех религий. С учётом материала, всплывающего из всего диапазона коллективного бессознательного в спонтанных и искусственно вызываемых холотропных состояниях, знание мировой мифологии в целом, и эсхатологической мифологии в частности, стало крайне важным инструментом для психиатров, психологов, и психотерапевтов. Беглое знание архетипического мира необходимо и для всякого, кто вовлечён в духовное путешествие и в приключение самоисследования и самооткрытия. Помня об этом, мы теперь совершим краткую экскурсию по наиболее важным темам эсхатологической мифологии в межкультурном аспекте.

Небеса, Рай, и Тема Судного Дня


Концепция последнего пристанища праведных после смерти – Небес или Рая – имеет много разных вариантов. Древние евреи представляли себе Небеса как вышний мир (Шамайим), и считали его местом обитания Яхве. В иудейской традиции, Сад Эдема имел разные уровни – нижний Сад Эдема и верхний Сад Эдема. В нижнем Саду Эдема, души обитали в телах той же формы, как при жизни умерших, и переживали различные виды духовных наслаждений. В верхнем Саду Эдема, души пребывали в своей подлинной сущности, и переживали разные виды духовных наслаждений, которые были большими и более возвышенными, чем наслаждения нижнего Сада.

Когда человек умирал, его душа (нефеш) поднималась к нижнему Саду Эдема. Тело, которое она занимала, имело очень утончённую природу, будучи просто формой энергии, которая не требовала физической пищи и питья. Она получала питание с помощью более высокой формы чувства обоняния. Впоследствии, душа поднималась дальше, в верхний Сад Эдема (Нешамах), где её питало сияние Божественного Присутствия. Праведники сидели с венцами на головах, наслаждаясь свечением Божественного Присутствия. Они получали удовольствие от видения, и не нуждались в пище или питье. В историях из иудейской мистической традиции, как правило, фигурируют места, похожие на христианские рай и чистилище, блуждающие души, и перевоплощение.

Христианская концепция Небес соединяет в себе иудейский образ небесной области и древнегреческие представления о концентрических небесных сферах и духовном путешествии. Последователи Иисуса, попадавшие на Небеса, наслаждались присутствием Бога, ангелов, и святых, и созерцали Его бытие. В христианской мифологии имеется целая иерархия ангелов; на концентрических ярусах этого пантеона фигурируют, в нисходящем порядке, серафимы, херувимы, престолы (или колеса), власти, небесные силы, божественные силы, главенства, архангелы, и ангелы. Ещё одним обиталищем блаженных в христианской традиции считается Рай, или Сад Любви; это понятие происходит от мифов о Золотом Веке и Саде Эдема. Символика Рая включает в себя географическое положение, элементы девственной природы, стены из золота, и дороги, вымощенные изумрудами. В саду начинаются четыре реки, текущие в четырёх главных направлениях. Любые отрицательные эмоции и тенденции отсутствуют; лев и ягнёнок мирно лежат бок о бок. Ещё одно место обитания христианских блаженных – это Небесный Град, с эффектной архитектурой и улицами, вымощенными золотом, серебром, и драгоценными камнями.

Важную часть христианского посмертного путешествия составляет Божий Суд, тема которого периодически повторяется в эсхатологической мифологии. Христианство различает два типа морального суда. Первый происходит во время смерти отдельного человека, и включает в себя взвешивание душ. Менее часто отделение праведников от грешников происходит на мосту или на лестнице, ведущей на Небеса. Художественные изображения суда над мёртвыми, как правило, показывают образы демонов и ангелов, борющихся за душу, и часто особо выделяют фигуру архангела Михаила как сторонника душ умерших. Второй вид морального суждения – Страшный Суд, согласно предсказаниям, произойдёт в конце времен, когда откроются могилы, и все мёртвые будут снова подвергнуты суду. Христианское искусство изобилует живописными и рельефными изображениями Страшного Суда, на которых Иисус Христос показан как строгий судья, сидящий в окружении четырёх мистических зверей Апокалипсиса – льва, орла, буйвола, и крылатого человека. Праведники изображены возносящимися на Небеса или входящими в Сад Любви, в то время как обречённых поглощают врата Ада.

Коран обещает верующим доступ на Небеса и ссылку неверных в Ад. Великолепие семи небес и Рая описано в Мирадж Наме – мистической легенде о чудесном ночном путешествии Мухаммеда. В сопровождении архангела Гавриила и сидя на аль-Бураке – его небесном коне с увенчанной человеческой головой – Мухаммед посещает области потустороннего мира: Семь небес, Рай, и адскую область Геенны. Каждое из Семи небес связано с драгоценным металлом или камнем, и служит прибежищем предшествующих пророков. Мухаммед встречается с Аллахом, во время чего переживает «экстаз, приближающийся к уничтожению», и получает наставления относительно молитв своих последователей.

Мусульманский рай представляет собой оазис с прекрасными садами, ароматными деревьями, дающими изысканные плоды, экзотическими птицами, и ручьями из чистой воды, мёда, и масла. Жизнь в этой идиллической обстановке отражает вкусы, фантазии, и сновидения арабских мужчин. Мужчины одеты в богатейшие шелка и парчу, и украшены серебряными и золотыми браслетами, и венцами, усыпанными жемчужинами. Лёжа на диванах в комнатах, роскошно убранных мягкими коврами и подушками, они наслаждаются вечной юностью, красотой, и бодростью, и угощаются изысканной пищей, фруктами, и вином. Обольстительная музыка и пение ещё более усиливают необычайные чувственные наслаждения, которые предлагает эта область. Но самые замечательные удовольствия обещает бесконечное множество гурий – очаровательных черноглазых девушек, созданных из чистого мускуса, ожидающих в беседках из полых жемчужин, чтобы служить для удовольствий правоверных. Безраздельно посвятив себя своим клиентам, и удовлетворив их сексуальные желания, гурии вновь обретают девственность. Наслаждения Рая столь огромны, что Бог даст каждому возможности ста человек.

Тема божьего суда также составляет важный аспект мусульманской религии. Умершего приходят допрашивать два ангела – Мункер и Накир, – которые детально изучают его этическую историю. Тех, кого сочли праведниками, освежают воздухом и благовониями, и для них открывается дверь, ведущая в Рай. Неверные облачаются в адские одеяния и проходят через дьявольские двери в Ад, где их охватывают жар и тлетворный ветер, пока над ними не смыкается могила, раздавливая их рёбра. Там они пребывают в мучениях до дня воскрешения. Кроме того, в мусульманской традиции фигурирует Сират – мост над Адом «тоньше волоса и острее меча», по которому должны проходить все усопшие. Верующие способны удерживать равновесие и успешно переходить по мосту; неверующие соскальзывают и падают в адскую бездну.

Зороастрийские представления об областях потустороннего мира красочно изображены в «Книге Арда Вирафа», которая описывает духовные видения героя, вызванные вином и «наркотиком» – вероятнее всего, зороастрийским психоделическим причастием хаома. Во время визионерского путешествия Вирафа, два духовных проводника – божественный посланец Срош и ангел Адар – берут его собой на Небеса и в Ад, и подробно объясняют ему каждое место. Священная книга Зенд Авеста учит, что после смерти душа может достигать Небес, следуя череде всё более ярких светов: Звёзд (благих мыслей), Луны (благих слов), и Солнца (благих деяний). Во время посмертного путешествия души должны пересекать печальную реку слёз, которые их родственники и друзья пролили в скорби и трауре. Если живые показали чрезмерную печаль, река слёз оказывается для усопшего очень трудным препятствием, делающим переход через неё невозможным. Достигающие Небес души праведных людей, например, добрых правителей и монархов, правдивых ораторов, религиозных лидеров, и «добродетельных женщин, которые считают своих мужей повелителями», облачаются в одежды, расшитые золотом и серебром, и наслаждаются присутствием архангелов, ангелов, и ангелов-хранителей.

Некоторые аспекты зороастрийского посмертного путешествия заслуживают особого внимания. Мотив божественного суда снова играет важную роль. Через три дня после смерти и болезненного отделения души от тела праведные встречаются с образом собственной самости в облике восхитительно прекрасной пятнадцатилетней девушки. Грешникам самость является в виде распутной голой женщины, увядшей, грязной, и отвратительной. Божество по имени «Справедливый Рашну» кладёт на одну чашу весов злые дела умерших, а на другую – их благородные поступки. Затем умершие подвергаются особому испытанию: они должны стараться перейти Цинвато парату, или «Мост Разделителя». Для праведных мост выглядит широким и удобным, и они легко переходят по нему к вечному блаженству. Для тех, кого находят грешными, мост предстаёт своей другой стороной, крайне узкой и похожей на лезвие бритвы. Когда они пытаются перейти мост, их злые дела принимают форму злобных псов, которые с воем нападают на них. Грешники теряют равновесие и падают в разверстую пасть демона Визарша, попадая в Ад. Однако, окончательный суд откладывается до апокалипсиса, когда произойдёт последняя решающая битва. После победы Ахура Мазды над армией Аримана, Земля и Небеса соединятся, и наступит царство Ахура Мазды.

Рай древних греков находился на вершине Олимпа, в месте обитания Двенадцати Олимпийцев – главных богов древнегреческого пантеона, которые жили в прекрасных хрустальных дворцах. Здесь находился и престол верховного бога Зевса. Олимпийцами всегда считались десять богов: Зевс, Гера, Посейдон, Марс, Гермес, Гефест, Афродита, Афина, Аполлон, и Артемида. Непостоянными богами среди двенадцати были Деметра, Дионис, Гадес, и Гестия. На Олимпе боги вкушали нектар и амброзию, которые приносили им бессмертие. В то же время, греческие боги имели человеческий облик, и проявляли человеческие эмоции и черты характера, в том числе разнообразные слабости. У них были яростные ссоры и страстные романы друг с другом, и они свободно смешивались с людьми, порождая полубогов, подобных Гераклу, Ахиллу, Тесею, или Персею.

Райскими областями древних греков были Острова Блаженства и Равнина Элизиума, находившаяся над водами Атлантики у края света. Согласно упоминаниям в текстах Гомера, Пиндара, и Страбона, Равнина Элизиума имела идеальный климат, без дождей, снегопадов, или сильного ветра – там дул только легкий бриз Зефира. Воздух был наполнен благоуханием, и природа была потрясающе красивой, с лугами тёмно-красных роз и деревьями, дававшими золотые плоды и фимиам. Земля была такой плодородной, что давала сладкие, как мёд, плоды три раза в год. Жизнь была такой лёгкой, какую только можно вообразить. Жители наслаждались музыкой и поэзией, играли в шашки, и занимались различными видами спорта по собственному выбору, например, верховой ездой и борьбой.

Орфические мистики, которые учили, что спасение – это освобождение от материи и земного рабства, видели в Элизийских Полях приятное место отдыха для чистых духов, которое они сперва помещали в необычно светлый подземный мир, а позднее – в верхние области мира. Пифагорейцы и другие группы в античной Греции верили в перевоплощение и переселение душ (метампсихоз). Согласно Платону, мёртвых судили сидевшие на лугу Эакус, Минос, и Радамантус, отправляя их либо в мрачный Тартар, либо на Острова Блаженства. Потом они пили воду Леты, реки забвения, и забывали весь свой прошлый опыт.

В скандинавской мифологии небесное царство имеет сильный военный акцент, и именуется Валгаллой – Чертогом Павших, которой руководит Один (Вотан), верховный бог древнескандинавского пантеона. Один – бог войны и смерти, но также мудрости и поэзии. Он узнал тайны рун и девять могущественных песен, когда в течение девяти дней висел на Мировом Древе Иггдрасил, пронзённый собственным копьем. Кроме того Один обрёл огромную мудрость, когда обменял один из своих глаз на глоток из Источника Высшей Мудрости, охраняемого гигантом Мимиром. Его обычно сопровождают два волка, два ворона, и его шестиногий конь Слейпнир.

Валгалла представляет собой гигантский дом с 540 дверями. Его стропилами служат копья, а кровля сделана из щитов. Повсюду разбросаны латы. Западную дверь охраняет волк, и над ней парит ворон. Сюда посланцы Одина и духи войны Валькирии («Те, кто выбирают Убитых») – прекрасные юные женщины в шлемах и с копьями, сидящие на крылатых конях – приводят половину героев, павших на полях сражений. Доступ в Валгаллу даётся строго на основе военной доблести. Днём воины участвуют в пышных рыцарских турнирах, а ночью вместе угощаются свининой и мёдом. Эти герои – Ейнхерджар – готовятся в Валгалле к грядущей битве Рагнарок – Сумеркам или Гибели Богов.

Согласно древней ведической традиции и, в особенности, Ригведе, Небеса были царством предков, которые уходили туда после смерти, чтобы быть вместе с богами. Это царство ассоциировалось с небом, а умершие – со звёздами. Яма – первый умерший человек и властитель мертвых – правил в царстве света на внешнем небе. Здесь все достойные умершие жили без страданий и тревог. Они наслаждались музыкой, удовлетворением сексуальных желаний, и чувственными удовольствиями – по существу, земными радостями, но в значительно усиленном виде. Благополучие умерших решающим образом зависело от их участия в ритуалах и жертвоприношениях во время земной жизни. Агни – бог огня – обеспечивал очищение умерших, которое было необходимым условием успешного посмертного путешествия.

Позднее Яма стал властителем адских областей. Он восседал на свирепом черном буйволе, а иногда сам принимал это обличье. Он ловил своих жертв верёвочной петлей, и бил их булавой. Согласно Махабхарате его жилище, называвшееся Ямалья, представляло собой великолепный дворец, построенный зодчим Вишвакармой по просьбе Брахмы. Напротив его южной двери были четыре ямы, где наказывали грешников. Три другие двери были оставлены для входа праведников, чтобы им не приходилось видеть место наказания, когда они являлись на суд. Брахма приказал Вишвакарме сделать широкий ров и наполнить его водой. Затем он попросил бога огня Агни войти в эту реку и заставить воду кипеть. После смерти каждый человек был обязан переплывать через эту реку, которая давала безопасный проход добродетельным душам, в то время как души грешников испытывали жестокие мучения. Яма также выполнял функции судьи мёртвых, и посылал грешников страдать в соответствующих частях ада, а добродетельных людей направлял в ту или иную часть Небес.

Индуизм принёс с собой иное мировоззрение, отражавшее философские и духовные идеи Упанишад. Здесь акцент делался на циклической непрерывности существования – на череде жизней, смертей, и возрождений; карме и перевоплощении. В этом контексте Рай и Ад стали рассматриваться не как места окончательной судьбы, а как промежуточные состояния, чередующиеся с серией земных существований. Традиционная индуистская космология включает в себя четырнадцать трансцендентальных областей, из которых половина располагаются над землей (семь Верхних Миров, или «Небес» – Сапта Урдхвалока), а другая половина – под землей (семь Миров Преисподней, или «Адов» – Сапта Адхолока). Характер прохождения души (джива) от одного земного существования к другому через один из Раев или Адов определяется кармой – совокупной записью мыслей, слов, и действий человека во всей череде существований.

Индуистская мифология чрезвычайно богата, и описывает много небесных и райских областей. Самая важная из них – золотая Гора Меру в центре вселенной, играющая роль оси мира. Предгорья этой обители богов находятся в Гималаях. Будучи осью мира, Гора Меру уходит под землю, в нижние области, настолько же, насколько она простирается в небеса. На этой горе или рядом с ней находятся небесные царства всех главных богов, где с ними пребывают после смерти и в ожидании следующего воплощения те, кто им поклоняются. В Небесах Вишну – Вайкунтха – сам Вишну и его супруга Лакшми, богиня удачи, великодушия, красоты, и чистоты, отдыхают среди белых лотосов, в окружении бассейнов, облицованных золотом и драгоценными камнями, и отражающих их сияние. Небеса Шивы находятся на горе Кайлаш, где он обитает вместе со своей супругой Парвати.

Буддизм разделяет с индуизмом циклические представления об истории и индивидуальном существовании. Буддистская мифология изобилует описаниями небес, райский областей, и адов, которые слишком многочисленны, чтобы приводить из здесь. Свод основных текстов буддизма Тхеравады, известный как Палийский канон или Триптака («Три корзины»), не даёт систематического описания различных адов и небес. Обычно семь нижних небес и различные ады относят к камалоке – низшей вселенной чувственности, где главной мотивацией служит желание. Шесть небес чувственной сферы камалоки населяют цари, боги, и Бодхисаттвы. Буддистские небеса двух других сфер могут достигаться только посредством строгой духовной дисциплины и практики; первая из этих сфер, рупалока (мир форм) представляет собой обитель сияющих богов, обладающих тонкой формой, а вторая – арупалока (бесформенный мир) – это сфера существ с чисто ментальной жизнью. Райские области пяти Дхьяни Будд, или Татхагат Тибетского буддизма, заслуживают особого внимания и обсуждаются в главе 6.

При всём своём великолепии божественные сферы, описываемые буддизмом, не свободны от вовлечённости в циклы самсарического существования и не соответствуют наиболее желанной конечной цели буддистских духовных искателей. Скорее, они представляют собой промежуточные состояния между одним и другим земным существованием, временные остановки для тех, кто не готовы отказаться от личных желаний и привязанностей, и обрести полное освобождение от рабства личности – просветление, которое превосходит даже высочайшие из Небес. То же справедливо и для Адов, которые служат всего лишь промежуточными остановками в круге смерти и возрождения. Конечная цель буддистского искателя состоит в достижении нирваны. В первоначальной Хинаяне («Буддизме Малой Колесницы») нирвана означала окончательное избавление от цикла смерти и возрождения, уничтожающее «жажду плоти и крови» (трсна или танха), и выходящее за пределы материального существования. В более позднем буддизме Махаяны (или Великой Колесницы), нирвана считалась достижимой во время материального существования, если человек мог уничтожить в себе три «яда», ответственных за страдания в мире – неведение, желание, и гнев.

Представления о божественных сферах существуют и в эсхатологической мифологии Центральной Америки. Ацтеки различали три разных рая, куда отправлялись души после смерти. Первый и низший из них, Тлалокан, страна воды и тумана, был страной изобилия, блаженства, и безмятежности. Переживавшееся там счастье носило очень земной характер. Мёртвые распевали песни, играли в чехарду, и гонялись за бабочками. На деревьях висели плоды, а на земле росли кукуруза, тыквы, зелёный перец, помидоры, фасоль, и цветы. По контрасту с этим, Тлиллан-Тлапаллан был раем для посвящённых, которые были последователями Кетцалькоатля, царя-бога, символизировавшего психодуховную смерть и возрождение. Этот рай называли страной бесплотных, обителью тех, кто научились жить вне своих физических тел и не были привязаны к ним. Самым высшим раем был Тона-тиух Ичлан, Дом Солнца, место для тех, кто достигли полного просветления. Эти избранные ежедневно сопровождали солнце, и жили жизнью чистого наслаждения. Майя считали некоторые категории мёртвых привилегированными – воинов, павших в бою, женщин, умерших при родах, жрецов, и людей, которые повесились. Они были бессмертными, и наслаждались вечным счастьем в раю майя под священным деревом капок – Мировым Древом, которое проходило через все небесные сферы.

Образ великолепного места обитания умерших присутствует и в фольклоре многих культур. Так, например, племена американских индейцев с Великих Равнин, представляют себе место обитания умерших – Рай для Охотников – как обширную холмистую степь, где пируют и танцуют умершие. Духи умерших воинов скачут на прекрасных жеребцах и голыми руками ловят молнии. Аналогичные области индейцев, живущих к востоку от Миссисипи и в Южной Америке имеют сильный сельскохозяйственный акцент, и сосредоточиваются на выращивании кукурузы и земледельческих празднествах. И в Северной, и в Южной Америках трансовые состояния шаманов, по видимому, способствовали становлению веры в существование двух душ, одна из которых может отделяться от тела при жизни человека. Кроме того, шаманы были источниками информации о путешествии души в страну мёртвых. Их рассказы содержали описания препятствий, с которыми душа встречается в Потустороннем мире – бурных рек, скользких стволов, соединяющих берега стремительных потоков, стен огня, и угрожающих чудовищ, старающихся довести путешественника до безумия.

Как упоминалось ранее, эскимосы представляли себе своих умерших в блеске полярного сияния, весело играющих головой моржа. Австралийские аборигены верят, что смерть представляет собой последний ритуал перехода, который переносит человека из земного мира в священную вселенную. Это экстатическое путешествие имеет своим образом первое путешествие сверхъестественных существ и мифических предков. Согласно мифологии аборигенов человек имеет две души. Первая, сущностная душа, изначальный и предсущий дух, приходит с Небес, и после смерти возвращается обратно, чтобы всегда жить в Вечном Сновидении (алхеринга), где она находилась до рождения. Другая душа остается на земле, и входит в другого человека. Различные варианты мира счастливых мёртвых можно найти у африканских племён, в полинезийских сообществах, и во многих человеческих сообществах в других частях света.

Ад и Чистилище


В равной мере распространены представления об аде или Чистилище – месте, где умершие подвергаются нечеловеческим мукам. В древнееврейской традиции страна мёртвых – Шеол – изображается как огромная яма или окружённый стеной город под землёй, «страна забвения», «мир безмолвия», где развоплощённые человеческие существа живут во тьме, в пыли, покрытые личинками, и забытые Яхве. Это страна теней, поскольку людей покинул «дух», или «животворное дыхание», посредством которого Бог дарует им жизнь. Более поздней иудейской формой места загробной жизни грешников была Геенна – глубокая впадина с пылающим огнем, где грешники терпят жестокие мучения. Первоначально Геенна представляла собой долину на юго-востоке от Иерусалима, где древние евреи с X по VII вв. до н. э. сжигали детей, принося их в жертву аммонитянскому богу Молоху. Образы сжигаемых людей послужили основой для представлений об «адском пламени» в иудейской и христианской эсхатологии.

Христианская картина Ада включает в себя иерархию злобных чертей, подвергающих грешников невообразимым пыткам физической болью, удушьем, жаром огня, и погружением в экскременты. Эти тяжкие испытания соответствуют наказаниям за семь смертных грехов – гордыню, зависть, гнев, леность, алчность, обжорство, и похоть. Ад находится глубоко под землёй, и его вратами служат тёмные леса, кратеры вулканов, или разверстая пасть Лефиафана. В Книге Откровения упоминается горящее озеро из серы, куда после смерти попадают «трусы, неверующие, развращённые, убийцы, прелюбодеи, колдуны, идолопоклонники, и все лжецы». Реже в качестве адских орудий пыток упоминаются холод и лёд.

Римско-католическая вера также включает в себя понятие Чистилища – промежуточного состояния после смерти, в течение которого могут быть искуплены незначительные грехи, и восстановлены добрые отношения с Богом. В некоторых формах христианства проводится различие между Чистилищем как местом временного наказания и очищения, и Лимбо – местом ожидания для таких людей, как язычники и некрещёные младенцы. Христианские учения о Рае, Аде, и Чистилище получили замечательное и мощное выражение в «Божественной Комедии» Данте.

Мусульманская картина Ада очень похожа на картину иудео-христианской традиции, от которой она произошла. Мирадж Наме – Описание Чудесного Путешествия Мухаммеда, упоминавшееся ранее в данной главе, изображает мусульманский ад, Геенну, каким его видел Мухаммед во время своего посещения вместе с Архангелом Гавриилом. Врата Геенны охраняет молчаливый ангел Малик, который во время посещения Мухаммеда сделал исключение, и нарушил своё молчание, чтобы поздороваться с ним. Природа Геенны безобразна и опасна; с покрытых шипами адских деревьев свисают ядовитые плоды в форме демонов. Обречённые подвергаются жестоким пыткам: их вешают и душат, им отрезают языки, их погружают в гной и кипящую воду, их тела поджаривают на огне, причём их кожа восстанавливается, и поджаривание продолжается, они переживают многие другие виды мучений, в зависимости от характера своих проступков. Кроме того, в исламской традиции имеется промежуточное состояние для душ – барзах (буквально, «барьер»), место или состояние, в котором и праведные и грешные души ожидают дня воскресения.

Зороастрийская картина Ада, графически изображённая в упоминавшейся выше Книге Арда Вирафа, выглядит особенно шокирующей и отвратительной. Ад находится далеко на севере, в глубинах земли; это мрачное, противное и вонючее место, кишащее демонами. Здесь обречённые души, «последователи лжи» пребывают после смерти в горе и страданиях, пока не будет уничтожен сам бог тьмы Ариман. Грешников мучают демоны, злобные твари (храфстары), змеи, и скорпионы. Их изводят голодом и жаждой, кормят отбросами, хлещут жалящими змеями, многократно разрывают на части, и подвергают бесчисленным другим кровавым и отвратительным пыткам. К числу причин для этих жестоких наказаний относятся содомия, нарушение менструальных табу, прелюбодеяние, и осквернение воды и огня. Согласно зороастрийской религии ад не является вечным наказанием; мучения будут продолжаться только до победы Ахура Мазхды над Ариманом в Космической Битве, и последующего обновления мира (фрашегирд). В зороастрийской религии тоже имеется промежуточная область под названием хаместаган, предназначенная для тех, кто не заслуживают ни Рая, ни Ада, поскольку общий вес их благих мыслей, слов, и дел равен весу дурных. Эти души пребывают в своего рода чистилище – обители теней, где нет ни радости, ни мучений.

Древнегреческий загробный мир – Тартар или Гадес был подземельем, полным мрачной тьмы, которое Гомер описывал как «Владения Разрушения, повергающие в ужас самих богов». Главной рекой загробного мира был Стикс с вонючей болотной водой, через который умерших переправлял Харон за несколько монет. Мёртвые в греческом загробном мире были бескровными копиями, тенями, которых приходилось оживлять вливаниями крови, мёда, вина, и воды, чтобы они могли говорить. Вход в Гадес охранял громадный трёхголовый пёс Цербер.

Греческая мифология изображала архетипические фигуры, переживавшие поистине эпические вечные страдания за проступки против богов. Тех, кто наносили личное оскорбление Зевсу, заключали в бездонную яму Тартара, где они должны были подвергаться мучительным пыткам. Сизиф, пытавшийся обмануть смерть, должен был на самом дне Тартара бесконечно закатывать в гору тяжёлый камень. Татал, который пытался проверить всеведение богов, подав им в качестве трапезы их разрезанного на куски сына Пелопса, был погружён по шею в бассейн с чистой водой под большой спелой гроздью винограда, и вечно мучался голодом и жаждой, не будучи способен достать ни до одного, ни до другого. Иксион, который пытался соблазнить Геру, был распят на огненном колесе, бесконечно кружившем по Гадесу. Прометей – титан, похитивший у Зевса огонь и давший его людям вместе со знанием ремёсел и технологии, был прикован цепью к скале в горах Кавказа, где на него периодически нападал орёл Зевса, который клевал и пожирал его печень.

Древнескандинавским загробным миром, носившим название Нифлхейм или Хелхейм, и находившимся под одним из корней Мирового Древа Иггдрасил, правила свирепая и беспощадная богиня Хел. Это был холодный, тёмный, и туманный мир мёртвых, располагавшийся к северу от Пустоты (Гиннум-гагап), в которой был сотворен мир. Нифлхейм, также называвшийся Миром Тьмы, был разделён на несколько частей, одной из которых был Настронд – берег трупов. Здесь стоял обращённый на север замок, наполненный ядом змей, в котором мучались убийцы, прелюбодеи, и клятвопреступники, в то время как дракон Нидхогг сосал кровь из их тел. В Нифлхейме имелся источник, Хвергелмир, из которого вытекали много рек. Отважные воины, павшие в битве, отправлялись не в Нифлхейм, а к богу Одину, в Валгаллу – Чертог Убитых. В мировой мифологии встречаются и картины холодных адов. Они существовали в христианстве, а также составляют часть Тибетского загробного мира. Данте использовал средневековый образ холодной преисподней для самого нижнего круга Ада, и изобразил Сатану, сидящего в центре земли в озере из своей замерзшей крови.

Многочисленные виды и уровни ада существуют в индуизме и буддизме. Подобно разнообразным райским садам, они представляют собой не места вечного пребывания умерших, а всего лишь переходные стадии в цикле рождения, смерти, и возрождения. В буддизме Ады считаются творением ума, полным самообмана и эгоцентризма, и переживаемые там муки, по меньшей мере, столь же многообразны, жестоки, и изобретательны, как те, что описывают другие традиции. Помимо адских областей, где наказания включают в себя физическую боль и удушье, буддистская мифология описывает горячие Ады со стенами огня, реками расплавленного железа, и опаляющей вулканической лавой. Не менее красочно описаны холодные Ады, где грешники страдают от ледяного холода и болезненных обморожений.

Продолжительность прохождения через эти Ады соответствует количеству плохой кармы, которую необходимо уничтожить. В пользующемся дурной славой Аду Авичи (буквально, «без пространства»), грешники испытывают ужасающие мучения в течение бесчисленных кальп (Брахманических эонов). Когда они выходят из Ада, то вырождаются в животных, например, собак или шакалов, покрытых нарывами и струпьями. В буддистских Адах имеются судьи, определяющие судьбу умерших. Например, Эмма-О – персонаж из одного из горячих адов японского буддизма – судит с помощью двух отрубленных голов: красная докладывает ему о всех дурных деяниях умершего, а белая – о всех добрых делах. Он судит души мужчин, в то время как его сестра судит души женщин. В адах китайского буддизма имеется четыре, или, иногда, десять судей.

Загробный мир ацтеков – Миктлан – был страной полного мрака, которой правил ужасный Повелитель Мёртвых Миктлантекутли. Его лицо было закрыто маской в форме человеческого черепа, его черные курчавые волосы были усеяны глазами, подобными звёздам, а в его ухо была продета человеческая кость. В ацтекской традиции судьбу умершего определяло не его поведение, а его занятия и то, как он умер. Те из умерших, которые не были избраны для одного из Раев, подвергались в Миктлане ряду магических испытаний, в которых они должны были проходить через девять адов, прежде чем достичь своего окончательного места упокоения. Эти Ады не были местами, куда грешники отправлялись для наказания, а рассматривались как необходимые этапы перехода в цикле творения, поскольку в космическом процессе ацтекской традиции, все сотворённые вещи неизбежно окунались в материю и возвращались обратно к свету и своему творцу.

Я описывал загробные миры туземных культур, какими их переживают шаманы в ходе своих кризисов инициации и последующих путешествий. В этой главе я также упоминал о различных загробных мирах при обсуждении архетипических фигур, представляющих смерть и возрождение, и их историй (см. Главу 3). Самые подробные описания посмертного путешествия души, включая сцены суда, можно найти в так называемых «книгах мёртвых». Эти знаменитые эсхатологические тексты подробно рассматриваются в следующей главе.

Назад: http://healthy-back.livejournal.com/348149.html
Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/363462.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/346741.html#cont
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments