Healthy_back (healthy_back) wrote,
Healthy_back
healthy_back

Categories:

Бодинамика

Назад: http://healthy-back.livejournal.com/353317.html
Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/353901.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/350196.html#cont

Работа с травмами жизненного кризиса и шоковыми травмами


Работа с травмами жизненного кризиса включает обращение к переживаниям, эмоциям и решениям, принятым в мо мент кризиса, и с которыми необходимо расстаться. Часто становится очевидным, что клиент принял жизненно важные решения в кризисный период или что его представление о реальности, его способы чувствования и действия были сформированы в это время.

На некоторые травмы жизненного кризиса клиент обнаруживает шоковую реакцию. Шок — это естественная реакция на события подавляющей силы. Каждый человек переживает шоковые реакции, хотя некоторые люди испытывают их чаще. Переживание шоковой реакции может происходить вследствие того, что обстоятельства жизни выходят из-под контроля, как, например, во время природной катастрофы или войны. Возможна также другая причина: неразрешённые шоковые реакции снизили уровень тревожности человека и его способность ориентироваться в окружающем мире, что сделало его подверженным повторным шоковым реакциям.

Работа с шоковыми травмами представляет собой очень сложный терапевтический процесс, поскольку непроработанная шоковая травма может актуализировать другие, скрытые шоковые травмы. Нужно также сказать, что переживания и решения, связанные с событиями, повлёкшими шоковую реакцию, часто усиливают сложившиеся структуры характера. Терапевт должен учитывать эти факторы.

Травмы жизненного кризиса и шоковые травмы объединяет то, что в обоих случаях терапевт имеет дело с непроработанными переживаниями, которые клиент не смог интегрировать. Он был лишён поддержки, помощи, чувства безопасности и контакта с другим человеком, которые были ему необходимы, чтобы справиться с травмой. Следовательно, терапевт обязан обеспечить безопасность в ситуации взаимодействия, в которой клиент с помощью и поддержкой терапевта сможет пережить заново свой более или менее неосознанный опыт, эмоции и решения.

Психотерапия травм жизненного кризиса и шоковых травм происходит по общей схеме. Терапевт помогает клиенту вспомнить происшедшее. Важно восстановить ощущения, чувства и эмоции, возникшие у него в шоковой ситуации, чтобы тщательно восстановить отсутствовавшие или прерванные чувства и действия и помочь клиенту осознать степень значимости этого события.

Когда мы работаем с травмой жизненного кризиса в бодинамическом анализе, мы обычно начинаем с воспоминаний клиента о важных событиях кризисной ситуации. Мы просим клиента подробно воспроизвести визуальные образы и телесные ощущения. Переживая заново травматическое событие, клиент фиксирует и описывает связанные с ним двигательные паттерны и паттерны напряжения.

Далее мы прорабатываем события в хронологическом порядке, позволяя клиенту вербально и телесно выражать незавершённые реакции и переживания и помогая ему наилучшим образом интегрировать этот опыт.

Во время вербальной работы с эмоциями мы помогаем клиенту разрешить паттерны напряжения (которые проявляются в форме мышечного гипер- и гипоотклика), связанные с ситуацией кризиса. Некоторые напряжения исчезают, как только клиент даёт выход переживаниям, чувствам и намерениями, блокированным в момент травматической ситуации. В других случаях клиент должен научиться осознанно освобождать напряжения, после того, как он поймёт причины, их вызвавшие.

Психотерапия часто начинается с воспоминаний клиента непосредственно о важном событии, произошедшем в период кризиса. Но можно начать работу с телесных двигательных паттернов или блоков, особенно тех случаях, когда значение травматического события и его связь с кризисом впервые обнаруживается только в процессе терапии.

В работе с шоковой травмой использование описанного выше метода — не простой процесс. Если терапевт не обладает глубоким пониманием сложной природы шоковых реакций, данная техника может активировать первичную реакцию шока, что приведёт клиента в худшее состояние, чем оно было до начала терапии.

Таким образом, необходимо уметь диагностировать шоковую травму и распознавать признаки наступающего шокового состояния клиента. Определённого рода беспокойства, проявляющиеся в поведении клиента, и некоторые психосоматические реакции обнаруживают наличие шоковых травм в его прошлом опыте. Изменения, происходящие в поведении клиента, когда он рассказывает о ситуации травмы или подходит непосредственно к травматическому инциденту, говорят о том, может ли он уйти в шоковую реакцию (Jorgensen, 1993).

За последние десять лет нами были разработаны основные принципы психотерапии шоковой травмы (Jorgensen, 1992).

— До того, как начать работать с шоковой травмой, мы увеличиваем степень телесного осознавания клиента.
— Мы поддерживаем его в том, чтобы он расширял свои социальные контакты и делал их более интенсивными, если они ограничены.
— Прежде, чем начинать работу с шоковой травмой, мы устанавливаем доверительные отношения.
— Мы спрашиваем клиента о тех событиях в его прошлом, которые могли вызвать шоковые реакции.
— Мы смотрим, нет ли признаков шоковой травмы в его поведении, и сравниваем наши наблюдения с информацией, которую даёт карта тела. На этих основаниях мы формулируем гипотезу о том, какого рода шоковые травмы и какие цепочки шоковых травм пережил клиент, и делаем предположение относительно того, какие элементы структуры личности клиента могут потребовать специального рассмотрения во время терапии.

После этой первичной подготовки бодинамическая аналитическая психотерапия проходит следующие 6 шагов:

1. Терапевт и клиент вместе выбирают шоковую травму, с которой они хотят работать.


Очень редко встречаются клиенты, которые имеют в опыте только одну шоковую травму — большинство из них пережили несколько таких травм. Шоковые травмы обычно бывают связаны определённой общей темой или эмоциональной значимостью.

Если клиент относительно здоров, лучше всего начать работу с наиболее ранней шоковой травмы. Это даст выход некоторой части энергии и облегчит работу с последующими шоковыми травмами. (Угу, начните со 2-го триместра беременности, чтоб железно всё было проработано — H.B.)

Если наблюдающее Эго клиента функционирует плохо, и он не обладает достаточным уровнем осознавания собственных паттернов характера, следует начинать с последней в его опыте шоковой травмы. Это также показано при работе с клиентами со слабыми границами или нарушениями телесных границ.

2. Терапевт объясняет основные правила, которым должен следовать клиент.

Многие люди подвержены влиянию неразрешённых или частично разрешённых шоковых травм по той причине, что они не использовали возможности проработать эти травмы в соответствующих обстоятельствах: например, в контакте с другими людьми, в безопасном окружении, в котором они могли бы открыто проявлять свои эмоции, получить помощь и поддержку.

Бодинамические аналитики создали психотерапевтический эквивалент такой ситуации, который используется в работе с шоковыми травмами, иногда клиентам предлагается привести на сессию своих друзей.

В кабинете психотерапевта, где клиент чувствует себя в безопасности, его просят лечь на мат. Рядом садится терапевт и любые другие помощники, которые принимают участие в терапии. Мы просим клиента оставаться в реальной ситуации, в которой он может проработать шоковую травму с поддержкой терапевта, и одновременно представлять себе, что он вернулся в травматическую ситуацию, в которой пережил шок. Когда клиент входит в эту воображаемую реальность, актуализируется телесная память о позе и напряжениях, связанных с травматическим событием.

Как только появляются признаки приближающейся шоковой реакции, мы просим клиента «бежать» на мате для того, чтобы снять мышечную ригидность («замороженность»), которая является результатом шока. Мы просим клиента представлять, как он убегает из травматической ситуации в безопасное для него место (Ебанулись, что ли... совершенно не факт, что его потребность — убегать. Типичное навязывание "правильного" поведения, а не слушание реакции тела клиента — H.B.).

Прежде, чем начать работать, необходимо описать клиенту технику работы и убедиться в том, что он настроен сотрудничать. Исходя из нашего опыта, работа с шоковой травмой вызывает у клиента такое сильное сопротивление, что он использует все свои защитные механизмы, только бы остановить процесс терапии. Довольно часто клиенты в середине интенсивной психотерапии шоковой травмы вынуждают нас начать работу с чем-нибудь совершенно другим.

Работа с шоковой травмой активирует не только защитные механизмы, но также сильные реакции вегетативной нервной системы. По этой причине тем более необходимо, чтобы клиент концентрировал свои усилия на проработке шоковой травмы до тех пор, пока она не будет полностью разрешена. Если работа прерывается, клиент может остаться в несбалансированном состоянии психологического стресса, что сделает его подверженным психосоматической слабости и новым шоковым травмам. (Ага, а законченность проработки определяет терапевт, а не клиент. "На основании своего опыта" — H.B.)

3. Клиент восстанавливает в памяти то, что было до и после того, как он пережил шок.

Работая с шоковой травмой, которую клиент помнит, мы постепенно подходим к моменту шоковой реакции, начиная с воспоминаний клиента о событиях, которые непосредственно ей предшествовали. Для того, чтобы клиент смог принять и выдержать энергию шоковой реакции, он должен обладать доступными ресурсами. Это даст ему возможность проработать шоковую травму, не входя снова в шоковое состояние.

4. Клиент тренируется в беге в безопасное место.

Когда клиент достигает центрального переживания шоковой травмы, он должен заставить себя бежать, чтобы выйти из состояния обездвиженности, которое возникает на пике шоковой реакции. Для того, чтобы быть способным собрать свою силу воли в этот момент, клиенту следует потренироваться бежать в безопасное место до начала работы с шоковой ситуацией. Он также должен быть уверен, что кабинет психотерапевта сам по себе является безопасным пространством, в котором простроен контакт между ним и терапевтом, и в котором его принимают со вниманием и заботой.

5. Клиент постепенно подходит к шоковой ситуации и прорабатывает её.

Эта работа включает следующие элементы, относительная значимость которых изменяется в зависимости от типа шоковой травмы:

• В процессе психотерапии клиент должен восстановить целостное переживание травматического события, после чего он сможет «отпустить» его. Жизненно важные эмоции, переживания и решения, принятые во время шоковой реакции, обычно полностью забыты или никогда не были осознаны, поскольку нервные связи были нарушены шоковой реакцией. Воспоминания и чувства, о существовании которых клиент совершенно не подозревал, часто восстанавливаются в памяти во время терапии.

Если в период шока клиент потерял сознание, разумеется, он не способен восстановить всю последовательность событий, тем не менее, это не препятствует полной проработке шоковой травмы.

• В процессе терапии мы помогаем клиенту восстановить ориентировочный рефлекс, который часто фрустрируется в момент шоковой реакции. Мы выводим клиента из состояния тонической обездвиженности, которая является центральной характеристикой шоковой реакции, и помогаем ему вызвать, оживить и завершить рефлекторные реакции борьбы/бегства, которые активировал шоковый инцидент.

• Шоковые травмы, которые не до конца разрешены, оставляют тело в состоянии напряжения. Мы помогаем клиенту преодолеть эти напряжения, реконструируя его движения в травматической ситуации. При этом мы даём физическое сопротивление движениям, которые клиент совершил бы в травматической ситуации, если бы они не были «заморожены» шоковой реакцией.

В работе с клиентами, которые имеют в опыте шоковые травмы, не стоит использовать телесные техники, запускающие интенсивный энергетический обмен, поскольку это увеличивает риск реактивации шоковой реакции. По этой причине мы работаем в основном над ослаблением паттернов напряжения, и только после того, как сильные чувства, связанные с шоковой травмой, разрешены.

Наша работа с физическим выражением двигательных импульсов, связанных с шоковой травмой, высоко структурирована.

• Большинство людей принимают важные решения, связанные с шоковыми травмами. Такие решения обычно усиливают определённые аспекты структур характера клиента, и ещё более ограничивают его возможности использования этих структур. Следовательно, терапевт должен помочь клиенту вербально выразить и изменить сковывающие его решения, принятые под влиянием шоковой травмы.

• Многие люди имеют опыт парапсихологических переживаний, связанных с шоковыми травмами — в основном это переживания «выхода из тела». Иногда клиент помнит такие переживания, в других случаях они появляются в процессе терапии. Обычно клиент вспоминает центральные эпизоды ситуации так, как будто видел их откуда-то сверху или не из того места, где он на самом деле находился в тот момент. Мы считаем это результатом переживания выхода из тела.

Терапевт должен понимать и принимать существование данного феномена, и владеть техниками работы с ним. В ином случае он не сможет помочь клиенту разрешить и интегрировать опыт шоковой травмы полностью.

Парапсихологические переживания обычно возникают, когда клиент обездвижен шоковой реакцией. Такие переживания пугают людей, которые не имеют ничего подобного в своём опыте. Может возникнуть необходимость «научить» клиента покидать тело и возвращаться снова и помочь ему понять и принять это явление в когнитивном плане (Есть теория, что сама возможность способности представить себя вне тела, смотрящим на себя со стороны — признак травмы, точнее, непроработанной травмы — H.B.). Если религиозные убеждения клиента отрицают существование подобных переживаний, терапевту будет сложно работать с ними.

6. Шоковая травма разрешена, когда клиент способен восстановить всю последовательность событий травматического опыта, не уходя в шоковую реакцию, и когда этот опыт интегрируется в представление клиента о себе и своей жизни. (Да-да-да, с новорожденным младенцем "восстанавливать всю последовательность событий травматического опыта, не уходя в шоковую реакцию" можно до морковкина заговенья — H.B.)

Психотерапия шоковых травм в бодинамическом анализе всегда происходит по описанному сценарию. Как бы то ни было, мы всегда работаем с клиентами, которые имеют склонность использовать определённые структуры в угрожающих ситуациях. Поэтому, работая с шоковыми травмами и травмами жизненного кризиса, мы должны принимать во внимание структуры характера клиента.


Травмы жизненного кризиса и шоковые травмы закрепляют и усиливают существующие структуры характера

Находясь в травматической ситуации, человек пытается спастись, усиливая те защитные механизмы, которые он уже использует. Если он переживает шоковую травму или травму жизненного кризиса, его обычные структуры характера становятся более ригидными. Одновременно с этим ему становится ещё труднее ослабить ригидный способ использования этих структур, поскольку такое расслабление может активизировать травматические переживания.

Шоковая травма и большинство травм жизненного кризиса переживаются как ситуация, угрожающая жизни человека, его свободе действий и независимости. По этой причине шоковая травма часто ведёт к закреплению структур характера и защитных механизмов, связанных с существованием, автономией и волей.

Большинство травм жизненного кризиса и шоковых травм представляют угрозу существованию человека: следовательно, в результате структура существования становится доминирующей. Человек может отказаться от контактов с миром и другими людьми, как это происходит с людьми, обладающими ментальной структурой существования, либо держаться материальной стороны реальности, как при эмоциональной структуре существования.

Структуры автономии и/или воли почти всегда становятся более выраженными и неподвижными в результате шоковой травмы или травмы жизненного кризиса. Люди, обладающие такими структурами характера, пытаются достичь чувства собственной целостности и свободы действий, когда попадают в угрожающую ситуацию. Работа с травмами жизненного кризиса и шоковыми травмами будет зависеть от того, какую из двух структур — структуру автономии или структуру воли — в основном использует клиент, пытаясь обрести контроль над ситуацией перед лицом травматических событий.

Травматические события могут также привести к усилению других структур характера. Человек может развить более ригидную структуру формирования мнений. В этом случае он либо будет выражать очень ригидные мнения, либо вообще не будет склонен иметь свою точку зрения. Это можно рассматривать как защиту против травматического переживания.

Некоторые люди развивают повышенную склонность к достижению, чтобы избежать новых травматических ситуаций. Это может проявляться в склонности к соревнованию с другими, как это происходит в обеих позициях структуры солидарности/представления своих интересов. Чаще всего это про исходит в случаях, когда травматическое событие касалось достижений или социальных взаимодействий.

Следующие две структуры характера становятся ригидными, когда травматический опыт в основном связан с центральной темой структуры характера. Травма жизненного кризиса или шоковая травма, связанная с сексуальностью, часто создаёт фиксацию на одной из двух позиций структуры любви/ сексуальности. В свою очередь, травматическое переживание в области личных потребностей, отражается на структуре потребностей.

Исходя из этих рассуждений, в работе с шоковыми травмами важно учитывать, насколько клиент способен удерживать свои границы, поскольку во многих видах шоковой травмы клиент пережил нарушение границ. Способность выстраивать и удерживать свои границы естественным образом развивается в первые три года жизни ребенка, в процессе формирования соответствующих структур характера.

Наиболее серьёзные трудности с удерживанием границ наблюдаются у людей с нарциссическими и пограничными расстройствами. Терапевту важно отмечать любые проявления проницаемости границ (наиболее характерные для пограничной структуры) и поведения, провоцирующего на нарушение границ (характерного для клиентов с нарциссической структурой). В этих случаях работе с проблемами границ необходимо уделять дополнительное внимание, особенно, если речь идёт о клиентах, переживших любые формы насилия в детском возрасте. Такие клиенты могут измениться только в случае интеграции работы с проблемами границ, работы с шоковой травмой и структурами характера на фоне длительных отношений переноса в терапии (Ollars, 1995).


Значение структур характера для психотерапии травм жизненного кризиса и шоковых травм

Перед началом работы с травмой жизненного кризиса и шоковой травмой необходимо определить, влиянию какой из структур характера наиболее подвержен клиент, структуры автономии или структуры воли.

Если клиент обладает выраженной структурой автономии, работать с травмой будет сложно до тех пор, пока эта структура не будет проработана. У клиента с невербальной позицией структуры автономии при приближении к травме настолько усилится вытеснение, что он абсолютно ничего не будет помнить о травматической ситуации. Клиент, обладающий выраженной вербальной позицией, будет перескакивать с одной темы на другую, чтобы избежать столкновения с травматической ситуацией, либо его внимание будет невозможно долго удерживать на этой теме.

С клиентом, испытывающим влияние структуры воли, работать можно, однако это потребует дополнительных усилий терапевта. Клиентам с позицией принесения себя в жертву сложно представить себе, что они могут повести себя иначе, чем они повели себя в травматической ситуации. Клиентам со структурой, направленной на оценку и осуждение, нелегко довериться терапевту, поскольку они убеждены, что могут полагаться только на самих себя. Следовательно, иногда необходимо обратиться к работе со структурой воли клиента прежде, чем заняться непосредственной проработкой травмы.

Структуру существования клиента необходимо также принимать во внимание. Клиенту с ментальной позицией трудно переживать и выражать определённые эмоции, связанные с травматическими событиями: он обычно может чувствовать страх, но ему трудно переживать гнев. Клиента с эмоциональной структурой существования переполняют эмоции и переживания. Как правило, он легко переживает гнев, но ему, напротив, трудно почувствовать страх. Кроме того, ему требуется продолжительное время, чтобы развить способность когнитивного осознавания травматического события и его значения.

Сильно выраженные паттерны, связанные с другими структурами характера, также оказывают влияние на психотерапию травм жизненного кризиса и шоковых травм, однако решающую роль играют названные выше структуры.

РЕКОМЕНДОВАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

American Psychiatric Association. DSM-IV Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders Fourth Edition (Washington, D.C.: American Psychiatric Association, 1994).

Bentzen, М ., S. Jorgensen, & L. Marcher. (1989). «The Bodynamic Character Structure Model». Energy & Character 20(1). Correction in Vol. 21(1).

Bernhardt, P. (1992). «Individuation, Mutual Connection, and the Body’s Resourses:An interview with Lisbeth Marcher». Pre and Peri-Natal Psychology Journal 6(4). См. в настоящем сборнике статей (прим. редактора).

Jorgensen, S. (1992). «Bodynamic Analytic Work with Shock/PostTraumatic Stress». Energy & Character 23(2). См. в настоящем сборни ке статей (прим. редактора).

Ollars, L. (1995). «Bodynamic Analytic Work with Assault and Abuse». Energy & Character 25(1). См. в настоящем сборнике статей (прим. редактора).

Rothschild, В. (1989). «Filling One of Psychology Gaps», Energy & Character 20(1).

Назад: http://healthy-back.livejournal.com/353317.html
Вперёд: http://healthy-back.livejournal.com/353901.html
Содержание: http://healthy-back.livejournal.com/350196.html#cont
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments